Читаем Приятельница мадам Мегрэ полностью

— Поднимись к Моэрсу и запроси у него все сведения о некоем Моссе. Да, скажи ему, что это один из наших персонажей. Пусть даст тебе описание примет и прочее. Подними всех на ноги, но предупреди, чтобы его не арестовывали. Надо попытаться не спугнуть его, если найдем. Понятно?

— Понятно, патрон. Тут мне еще об одном ребенке сообщили.

— Где он?

— Улица Данфер-Рошро. Я уже послал человека. Жду его. У меня больше никого нет на подхвате. И еще был вызов с Северного вокзала. Торранс отправился туда.

Мегрэ захотелось немного прогуляться под дождем, и он пошел на Антверпенскую площадь, посмотрел на мокрую скамейку, где так недавно сидела мадам Мегрэ.

Напротив, на углу проспекта Трюдена и Антверпенской площади красовалась надпись: «Зубной врач».

Он непременно вернется сюда. Сколько еще ему хотелось сделать, но из-за вечной суматохи он все всегда откладывал на потом.

Мегрэ вскочил в подошедший автобус. У двери в свою квартиру он удивился: в кухне — тишина, а главное, не пахнет едой. Войдя, он прошел сквозь столовую, где стол даже не был накрыт, и наконец увидел мадам Мегрэ в одной комбинации, стягивающую чулки.

Все это вместе было так не похоже на нее, что он растерялся, и, так и не сказав ни слова, расхохотался, глядя на ее вытаращенные глаза.

— Ты сердишься, Мегрэ?

По ее голосу он понял, что у нее хорошее настроение, почти агрессивное; он и не знал, что у нее такое бывает, а на кровати лежало ее лучшее платье и шляпка для торжественных случаев.

— Придется тебе сегодня довольствоваться холодным обедом. Представь себе, я была так занята, что ничего не успела приготовить. Но ведь ты в последнее время так редко заходишь домой поесть!

Сидя в кресле, она массировала ступни, время от времени удовлетворенно вздыхая.

— Знаешь, мне кажется, я никогда в жизни столько не ходила!

Он так и сидел в пальто и мокрой шляпе, смотрел на нее и ждал, а она нарочно томила его ожиданием.

— Начала я с больших магазинов, хотя была почти уверена, что это бесполезно. Но мало ли что на свете бывает, и я не хотела потом ругать себя за то, что чего-то не сделала. Потом я прошла всю улицу Лафайет, поднялась по улице Нотр-Дам-де-Лоретт, прогулялась по улице Бланш и улице Клиши и спустилась к Опере, и все это, заметь, пешком, хотя полил дождь. Надо тебе сказать, что еще вчера, ничего тебе не говоря, я прочесала район Терн и Елисейские поля. И тоже для очистки совести, потому что я особенно не надеялась, там слишком уж дорого.

Тут он наконец произнес фразу, которой она никак не могла от него дождаться.

— Что ты искала?

— Ну шляпку же! Ты разве не понял? Мне покоя не давало мое приключение, и я решила, что это все равно работа не для мужчин. Костюм — это костюм, тем более голубой. Но вот шляпка — другое дело, и уж ее-то я очень хорошо разглядела. Белые шляпки вошли в моду пару недель назад. Шляпки всегда чем-нибудь да отличаются друг от друга. Понимаешь? Ничего, что все холодное на обед? Я купила в итальянской колбасной всякие рулеты, пармскую ветчину, а еще маринованные белые грибы и целую кучу готовых закусок.

— Так что шляпка?

— Тебе интересно? Между прочим, с твоей шляпы вода течет прямо на ковер. Лучше бы ты ее снял.

Ей, конечно, что-то удалось узнать, иначе она не была бы в таком игривом настроении и не дразнила бы его. Но пусть рассказывает потихоньку, а он еще посидит, насупившись, раз ей так интереснее.

Пока она влезала в свое вязаное платье, он подсел к ней на край кровати.

— Я прекрасно понимала, что шляпка не из роскошного дома, и искать на улице Пэ, улице Сент-Оноре или проспекте Матиньона нечего. А потом, в этих магазинах на витринах ничего не выставляют, мне пришлось бы заходить и изображать из себя клиентку. Представляешь себе, как я примеряю шляпки у Карелии Ребу или у Роз Валуа?

И все-таки та шляпка была не из «Галери Лафайет» или «Прэнтан». Где-то посередине. Шляпка от модистки, и от модистки с хорошим вкусом. Поэтому я обошла все маленькие магазинчики, особенно в районе Антверпенской площади, ну, в общем, не отходя далеко. Пересмотрела сотню, не меньше, белых шляпок, а остановилась все-таки перед жемчужно-серой на улице Комартен, фирма «Элен и Розина». Это была точно такая шляпка, только другого цвета, я совершенно уверена, что не ошибаюсь. Я тебе уже говорила, что у дамы с мальчиком шляпка была с вуалью шириной в три-четыре пальца, как раз прикрывавшей глаза. Так вот, у серой шляпки была точно такая же.

— И ты вошла?

Он с трудом сдерживал улыбку: стеснительная мадам Мегрэ впервые в жизни участвовала в следствии, ну и конечно же впервые в жизни вошла в модный магазин возле Оперы.

— Тебя это удивляет? По-твоему, такие толстые матроны в модных магазинах ничего не покупают? Да, вошла. Я очень боялась, вдруг окажется, что у них закрыто. Самым естественным на свете голосом я спросила, нет ли у них такой же белой шляпки. Мне ответили, что белой нет, но есть бледно-голубая, желтая и светло-зеленая. И добавили, что была и белая, но ее продали больше месяца назад.

— И что же ты тогда сделала? — спросил он, очень заинтригованный услышанным.