Читаем Приграничье полностью

— У вас есть минут двадцать переехать на Кривую, там, где на нее выходит Самарский тракт. Остальное по плану.

— Машины какие?! — едва удерживая в зажатой ладони раскалившийся шарик, от которого уже почти ничего не осталось, мысленно заорал я.

— Микроавтобус тойота «Хайэйс» и два лендровера «Дефендера». Все черные, ты пойме…

— Сука, — выругался я и стряхнул с ладони горячую графитовую пыль.

— Чего завис-то? — помахал у меня перед лицом рукой Ветрицкий. — Я говорю, вон на той крыше…

— Забудь. Ты же у нас спортсмен? Беги до наших, пусть на дорогу выезжают. Мы следом. — Я поспешил спрятать онемевшую на морозе ладонь в меховушку.

— Да что случилось?!

— Товар другой дорогой повезут, — повернулся я к дружинникам. — Чего встали? Бегом марш!

До места мы долетели минут за пять — к моему немалому облегчению, никто не попытался оспорить приказ и даже Олежа Кузнецов не стал кочевряжиться и велел гимназистам загружать свои пожитки обратно в фургон. Правда, перед этим он несколько раз все же во всеуслышание переспросил, правильно ли я понял Григория. Сволочь.

Выскочив из машины на пересечении Кривой с Самарским трактом, я огляделся и почти сразу обнаружил идеальное место для засады: немного дальше по направлению к центру Форта Кривая вплотную подходила к жилым домам — двум стоявшим через дорогу окна в окна пятиэтажкам. К тому же прямо напротив арки в одном из домов была навалена здоровенная куча снега. Не иначе — сгребли, расчищая проезжую часть. Как бы то ни было, водителям там волей-неволей придется снизить скорость.

— Шмидт, бегом закладку делать. Напалм, пока не отсвечивай, ты нас страхуешь. Николай, Вера, занимайте позиции на верхних этажах. Если кто будет ерепениться, подключайте Ломова, — начал я отдавать распоряжения и махнул рукой водителю: — Все, фургон во двор загоняй.

— Сами справимся, — буркнул Ветрицкий и убежал с Верой к стоявшему на той стороне улицы дому.

— Эй! Вы чего это тут? — выскочил на крыльцо устроенного на первом этаже магазина пожилой охранник. — Ну-ка, проваливайте!

— Сгинь, старый. — Грицко вытащил из фургона РПК, и охранника как ветром сдуло.

— Помощь нужна? — переборов себя, подошел я к Кузнецову, который наблюдал за слаженными действиями тройки колдунов. Те, рассыпая по снегу бесцветный порошок, вычерчивали вокруг места предполагаемого подрыва машин огромных размеров пентаграмму.

— Нет, — процедил сквозь зубы Олежа и отвернулся к подбежавшему некроманту. Парнишка что-то быстро протараторил и тут же умчался вслед за едва проехавшим по глубокому снегу в арку фургоном. — Надо будет — позовем.

— Подрывать сам будешь? — протянул мне Шмидт напоминающий брелок автомобильной сигнализации пульт с тремя оранжевыми кнопками. — Тогда смотри: один заряд в сугробе, второй на противоположной обочине, третий чуть дальше с нашей стороны. Как головная машина проедет, самое время для подрыва. А вообще, по дистанции прикидывай.

— На какую жать?

— Без разницы, они все равно разом жахнут, — размахнувшись, он зашвырнул пустой ящик из-под взрывчатки в сугроб к стене дома.

— А что за заряд?

— Пластит плюс дрянь какая-то алхимическая.

— Понятно. Дуй к Грицко, — распорядился я и пошел проверить, где разместился Напалм. — Эй! Костя! Пробей, как на верхние этажи подняться.

— Заметано, — кивнул Ломов, выпрыгнувший из притормозившего фургона с тубой «Шмеля» в руках, и направился к ближайшей подъездной двери.

Блин, дурацкая по большому счету ситуация — все как-то скомкано, сумбурно. Даже толком не знаю, чем подчиненные вооружены. И что самое важное — чего от них ожидать, когда заварушка начнется. Вся надежда на удачный подрыв. Эх, было бы время с Кириллом на эту тему пообщаться, уж он-то бы чего дельного посоветовал.

— Все куришь? — подошел я к пироманту, присевшему на торчавшее из снега железное ограждение газона.

— Курю, — отрешенно поднял лицо к небу тот и выпустил длинную струю дыма. — Долго еще?

— Не терпится? — Я в очередной раз начал проверять «Вереск». В дело его пускать, надеюсь, не придется, но мало ли…

— Да накрыло меня чего-то с коктейля не по-детски, — признался Напалм. — Надо бы дать выход силушке богатырской.

— Ты особо вперед не лезь. Против гимназистов у тебя шансов ноль. И вообще — если что пойдет не так, ты нас прикрываешь. Халупу эту хоть дотла спали, но время нам на отход дай.

— Думаешь, дойдет до этого?

— А кто его знает? — честно признался я в собственных сомнениях. — Будь все так просто, нам бы какое другое занятие подыскали.

Напалм вяло махнул рукой:

— Прорвемся.

— Понятно дело, прорвемся, — хоть вовсе не разделял такой уверенности, согласился я с пиромантом. — А куда деваться?

— Иди уже. — Напалм поднялся на ноги и запахнул кожаную тужурку. — А то проедут.

— Не проедут. — Я направился в арку, но на полпути обернулся. — Ты бы это… не курил столько. А то скоро из ушей дым идти пойдет.

— Из ушей не страшно…