Читаем Президенты RU полностью

В заявлении магнатов говорится: «Накаленность предвыборной борьбы побуждает противоборствующих политиков к тому, чтобы одним ударом разрубить узел проблем. Силы, стоящие за спиной политиков, ждут своего часа. Они выйдут на следующий день после победы любой из сторон. Это произойдет с роковой неизбежностью вопреки воле отдельных личностей. Ибо после июньского голосования фактически от лица меньшинства, каким бы оно ни было – красным или белым, – будет получен мандат на реализацию правил жизни, категорически отвергаемых огромной частью общества».

Будь это заявлением какой-нибудь нейтральной организации – скажем, церкви или Союза музыкантов, – сенсации не случилось бы. Но это заявление сторонников Ельцина! От них мы привыкли слышать о темных силах, стоящих за Зюгановым (Анпилов, Стерлигов, Макашов и другие воинствующие экстремисты). Тут – впервые – сказано иное: «Силы, стоящие за спиной политиков, ждут своего часа. Они выйдут на следующий день после победы любой из сторон».

В переводе с языка экивоков – это прямое признание, что и за Ельциным стоят «силы, ждущие своего часа». Что и они готовы «выйти на следующий день», «чтобы одним ударом разрубить…»

Впервые сторонники Ельцина говорят, что его «правила жизни» «категорически отвергает огромная часть общества». Очень смело.

Не разбирая далее все пассажи «Заявления», спросим себя: что будет, если вдруг получится желанный «компромисс»? Что будет, если Зюганов – который сразу же в день публикации поспешно заявил, что готов встречаться с подписавшими заявление банкирами, – помирится с Ельциным? Чиновники будут оченно довольны-с, это ясно. А люди? Что скажут избиратели Зюганова? Что скажут избиратели Ельцина, который всю свою агитацию построил на борьбе с коммунистами? Не обалдеют ли от такого «компромисса»? Не покажется ли им, что их предали?

Что скажут граждане России?

Ведь всем нам – и красным, и белым, – внушали: оба кандидата плохи. Но что, мол, поделаешь – придется выбирать меньшее зло. Гайдар, агитируя за Ельцина, называет его меньшим злом. Анпилов, идя под Зюганова, тоже выбирает «меньшее зло».

Одинокие голоса (вроде автора этих строк) напрасно призывают граждан бросить дурную привычку выбирать зло и – хотя бы ради разнообразия – впервые выбрать добро.

Нет. Решено. Будем выбирать меньшее зло. При этом, заметьте, никто не спорит с тем, что и Ельцин, и Зюганов – зло. Спорят только: кто – меньшее.

Но, оказывается, нельзя выбрать меньшее зло, ибо большее не уймется и не смирится с таким выбором.

И вот теперь нам, выходит, предложили объединить два зла. И за это объединенное зло, за этого тяни-толкая проголосовать – как в старое доброе время: за нерушимый блок коммунистов и беспартийных – с туркменским результатом 99,9 %.

Заявление, подписанное финансистами, кончается гордыми словами: «Те, кто посягает на российскую государственность, ставя на идеологический реваншизм, на социальную конфронтацию, должны понимать, что отечественные предприниматели обладают необходимыми ресурсами и волей для воздействия и на слишком беспринципных, и на слишком бескомпромиссных политиков».

«Заявление» – со всеми грамматическими ошибками – опубликовано разом в «МК», «Известиях», «Сегодня», «Советской России», «Правде», «НГ» и, кажется, в «Дне» («Завтра»). Последний раз подобный газетный хор звучал в день похорон Черненко.

Непримиримая «Советская Россия» вдруг присмирела и сообщила, что на встрече с банкирами «патриотические издания представляли Чикин (“Советская Россия”), Ильин (“Правда”), Проханов (“Завтра”), Ряшин (“Правда-5”), Харламов (“Сельская жизнь”)». И почтительно поведала: «Редакторы внимательно выслушали банкиров… Редакторы с пониманием отнеслись… Редакторы патриотических газет согласились…»

– Павлины, говоришь? – насмешливо спрашивает товарищ Сухов.

– С пониманием, говоришь? – спрашиваем мы патриотических редакторов. Как не понять. Помнится, еще в школе читали мы про банкира, его ресурсы и волю.