Читаем Предел бесконечности полностью

Он улыбнулся. Первый раз за весь вечер. Отвел взгляд.

— Таня.

Я вдруг как воочию увидала перед собой девушку.

— Она невысокая, черноглазая, с длинными светло-русыми волосами? — выдала я на одном духу.

Вовка ошарашено уставился на меня.

— Ты откуда знаешь?

— Получается, знаю, — бодро ответила я, хотя сама себе удивилась.

— У, ведьмочка! — он говорил без зла.

Вообще, сей нелицеприятный эпитет в его понимании предназначался мне вроде комплимента. Я не претендовала, конечно, на нечто экстрасенсорное, однако время от времени кое-какие странные мои способности выплывали наружу и, неуправляемые, шокировали окружающих.

— Я права?

— Наверное. Она описала себя приблизительно так, — и заметив мое недоумение, добавил. — Мы разговаривали по компьютеру.

— Это ты до чатов добрался? — я была раздосадована; в медицинском институте недавно открыли Интернет-класс, но я надеялась, что мой брат догадается использовать компьютеры по их прямому назначению, а не в качестве сомнительного развлечения.

— Чего ты на меня смотришь, будто я на помойку полез! — ощетинился Вовка. — Чат — такое же средство коммуникации, как телефон, как твоя электронная почта. Разве нет?

— Ладно. Об этом потом. Лучше расскажи-ка, как вы познакомились.

— Я вышел на ее канал, она ответила. Мы поговорили. Она в университете учится, на юридическом, — он замялся на секунду. — Таня не любит чаты. Говорит, если хочешь познакомиться с человеком, надо видеть его глаза. Я с ней согласен! Мы решили встретиться завтра в шесть вечера на мосту.

— Твоя идея?

— Частично. Место выбрала Таня. Она обожает реки.

— Дерзай, — я похлопала брата по плечу.

На первое свое свидание Володя готовился со всей тщательностью, на которую был способен. От посторонней помощи он отказался, и я издали наблюдала за ревностным выбором подходящего галстука и усердной чисткой ботинок. Собирался дождь. Я посоветовала брату взять с собой большой отцовский зонт. Кроме того, мама заставила его надеть плащ вместо куртки.

— Но я сказал Тане, что буду в черной мотоциклетной куртке! — из последних сил отбивался Вовка.

Маму переспорить не представлялось возможным.

Как обычно я проводила вечер за компьютером и совершенно потеряла счет часам. Поэтому, когда вернулся брат, мне показалось, что давным-давно наступила ночь. Он вошел тихо, будто боялся привлечь мое внимание. Затем я услышала недружелюбный скрип шкафа и смачный шлепок брошенного на стол портмоне. Результаты свидания явно оставляли желать лучшего — решила я и выглянула из-за занавески моего «кабинета».

— Володь, это ты?

— Угу.

Я включила верхний свет. Вовка выглядел мрачнее черной тучи. Заметив мой испытующий взгляд, он выдавил из себя улыбку и развел руками.

— А она не пришла.

Он старался казаться безразличным, а у меня засвербело: что-то здесь не так.

— Ты долго ждал?

— Два часа… Там дождь хлещет. Может быть она решила не ходить под дождем?

Как он на это надеялся!

— Разумеется, она решила не ходить под дождем! — подхватила я, чтобы как-то его подбодрить.

Он неопределенно передернул плечами и принялся переодеваться в домашнее.

— Слав, а ты бы пошла? — неожиданно спросил он. — Только честно.

— Ну, к знакомому человеку пошла бы, если пообещала. А в первый раз… не знаю.

— Ты бы пошла, — почему-то решил он. — Ты обязательная.

— Володь, ты не спеши с выводами. Вы как договорились встретиться? В шесть на мосту? А насчет одежды?

— Она сказала, что будет в голубой длинной кофте. Или как это называется у вас? Жакет? Полупальто?

— Ясно. А погоду ты учел? Может быть она пришла в плаще с капюшоном и вдобавок под зонтиком. Да ты сам оделся иначе, чем ей расписал! И на каком берегу, позволь спросить, вы должны были встретиться?

Он хлопал глазами. Насчет берега я попала в точку. Видимо, этот момент не оговаривался вообще.

— Вот что, братик. Оставь все до завтра. Выловишь свою Таню во «всемирной паутине», еще раз договоритесь как следует. Скорее всего, вы ждали друг друга в разных местах.

На следующий день, вернувшись с работы, я узнала от мамы, что «у Володи сегодня свидание» и что «он придет домой не раньше десяти». Про вчерашний эпизод Вовка родителям не сказал. Возможно, они даже не подозревали, что свидание не состоялось вовсе. Мы поужинали втроем и разбрелись к своим дорогим: отец — к письменному столу проверять тетради, мама — к телевизору, а я — к компьютеру.

Вовка явился в девять. Я услышала из коридора его механическое «все нормально», затем в кухне забренчала посуда. Маме он отвечал односложно, из чего мама сделала вывод, что Вовка погружен в свои чувства, а я — что встреча опять сорвалась.

На сей раз брат не был расположен к обсуждениям даже со мной и провел вечер у телевизора. Спать ушел рано. Я краем уха слышала, как он ворочается на своем «втором этаже», закутываясь в одеяло.