Читаем Предатель полностью

– Кейси? – Фенн отвечает после первого же гудка. У него хриплый голос, и он проглатывает буквы. – Ты в порядке? Что случилось?

– Почему это твой первый вопрос?

– Три часа ночи. Я как-то предположил.

– Я в порядке. Прости. – Сажусь на подоконник, чтобы послушать звуки ночной живности в нашем дворе. – Честно говоря, я как-то не ожидала, что ты ответишь.

– Я всегда тебе отвечу.

Глаза жжет от слез. Несправедливо, что я всегда бегу к нему, когда мне что-то нужно. Что мне необходимо утешение звука его голоса. Что он понимает меня так, как другие не могут.

– Опять кошмары? – спрашивает он.

– Ты там был.

– Боюсь спросить.

– Ничего хорошего.

Повисает тишина. Потом:

– Хочешь, приду?

Предложение выбивает меня из равновесия. Несколько месяцев подряд, когда мне снились кошмары, Фенн сидел со мной на телефоне, иногда аж до самого утра, и говорил. Мы говорили о моей маме, о том, сколько страхов после аварии напрямую связаны с ее смертью. Одержимость утоплением. Каким-то образом ему удавалось заставить меня поверить, что счастье возможно.

Впервые он спросил, хочу ли я, чтобы он был рядом. Физически рядом.

И хотя разумная часть меня и хочет продолжать его ненавидеть, я все равно говорю:

– Хочу. Ты сможешь?

– Дай десять минут.

Очень скоро он уже вваливается в окно, и мы оба морщимся, когда он громко приземляется на колени. Замерев на месте, я кошусь на дверь, но собак не слышно. Наверное, пора перестать волноваться о них вообще. Бо и Пенни невероятно милы, но охранники из них ужасные.

– Прости, – тихо шепчет Фенн. – Равновесие потерял.

– Все нормально, – шепчу я в ответ.

Какое-то время мы стоим и просто смотрим друг на друга. Половина четвертого утра, и я в пижаме. Короткие розовые шортики и тонкая футболка.

– Тебе не холодно? – спрашивает Фенн, метнувшись взглядом к моей груди и тут же переводя его обратно на мое лицо. Его губы слегка дергаются.

Чувствую, как щеки заливает краской, потому что мои соски затвердели и выпирают сквозь футболку.

– Холодно. – Опускаюсь на колени, чтобы собрать простыни, которые раскидала по полу. – Поможешь?

Мы молча застилаем кровать заново, и я даже особо не думаю, ныряя под одеяло и приподнимая угол для Фенна.

Он колеблется пару секунд, потом снимает куртку и вешает на стул. Скинув ботинки, он остается в штанах и футболке, а потом залезает на кровать. Протягивает было ко мне руку, но тут же сомневается и вместо этого ложится на спину.

Мы лежим в темноте, глядя на потолок, пока он наконец не подает голос.

– Хочешь рассказать?

– Пока нет.

В моей крови все еще слишком много адреналина, от его натиска болит кожа и немеет мозг. Пока остатки травмы не выветрятся, мне просто нужно отвлечься. Это как смотреть телевизор над креслом стоматолога.

– Отвлеки меня. – Я переворачиваюсь на бок и кладу согнутую руку под голову. – Как жизнь? Чего-нибудь интересное происходит?

– Интересного не особо, но говорят, что Эр Джей чуть не подрался с Сайласом на тренировке пару дней назад. Лоусону пришлось разнимать их в раздевалке.

Мы говорим тихим шепотом, прекрасно зная, что время позднее и что Фенна убьют, если обнаружат в моей кровати.

– Ух ты. Обстановка в регионе накаляется, я так понимаю?

– Не знаю. Сайлас, кажется, в режиме самоуничтожения, а у Эр Джея, я так понимаю, просто кончается терпение вечно пропускать мимо глаз и ушей его поведение.

– А Сайлас думает, что сражается за Слоан? – Если так, то это безнадежно. Уверена, Слоан уже пятью разными выражениями ему высказала, что не заинтересована. А моя сестра вообще не из тех, кого легко переубедить.

– Мне кажется, теперь это уже дело принципа, – говорит Фенн. – Ну, ревности. Но Сайлас считает себя пострадавшим.

– Судя по всему, ты прочно на стороне Эр Джея.

Он давит приглушенный смешок.

– У меня к Сайласу свои претензии. Говорю же, саморазрушение.

Знакомое чувство. Последнее время я тоже не в лучшей форме. Ругаюсь с папой и Слоан, а тут еще вся эта тема с Фенном и одноклассниками. Всего этого как-то слишком много, уверена, что нынешняя череда кошмаров с этим также связана.

От того, что Фенн лежит так близко, только хуже. Это пытка. Знакомый запах мыла и цитруса забивается мне в нос, и, вопреки себе, я делаю глубокий вдох. Мне нужно заполнить им все свои органы чувств. Вижу, как вздымается дыханием его грудь. Как длинные пальцы его руки играют с краем одеяла.

Нечестно, что я до сих пор так его хочу. Как мне нужны его губы. Сердце опять колотится, но уже не от кошмара, а от желания. Не успев остановить себя, я подползаю ближе и нависаю над ним, опершись на локоть.

Он прикусывает губу.

– Что?

– Не знаю. Я…

Я целую его, и мои волосы занавесом скрывают наши лица. Фенн пропускает их сквозь пальцы и убирает смятые пряди с моей щеки. Его губы танцуют с моими в бесконечно нежном поцелуе.

– Я скучал по тебе, – бормочет он и проникает языком в мои приоткрытые губы.