Читаем Право на выбор полностью

Где кедры? Рыцарь в Сибири. Набережная и Бродский. Самый странный вопрос. Вольный стрелок Котелков. «Других птиц не держим». Информационный голод электората. Лучший зам и лучший кадровик. С таким Ваней — побеждают. Американские танки в аулах. Главный городской прикол. Все начинается с формы. «Позорный Гумберт» и Принцесса. «А я Шевчуку дал в рожу». Думаю, победим

Олег проснулся от приятного жжения: верно, окно было не зашторено, и солнечный луч добрался до лица. Окно его питерской комнаты выходило на запад, другое дело, что встретиться с закатным солнышком удавалось не каждый вечер — домой приходил слишком поздно.

Он приоткрыл глаза. Перед окном болталась, едва ли не стуча в стекло, тяжелая липовая ветвь. Этого не должно было быть; ближайшее дерево росло шагах в десяти от фасада. Что-то вспоминая, он открыл глаза еще шире и окончательно понял в чем дело. Он проснулся не дома, а в гостинице «Сибирь» города Ирхайска. Вот такая, блин, музыка!

Сон навалился и скрутил его еще в самолете, пока Толик перечислял очередные ужасы эвенкийской кампании. Глаза слиплись и он, будто выпивший, плохо запоминал происходящее. Тут еще и солнце палило почти вертикально, и откуда-то нанесло пыльную тучу. Первые впечатления об Ирхайске были смазаны.

Запомнилось, как искали такси. Отвергнув приставучих аэровокзальных бомбил, Толик выбрал в качестве перевозчика солидного дядьку на белой «Волге», который дремал, прикрывшись «Мегаполисом». Разбуженный дядька, везти отказался, когда же Гусар произнес короткую речь, упомянув даже антимонопольный комитет, дядька ответил на это, что он сам себе комитет и даже не только комитет. Толик заговорил о массированном журналистском десанте из центральных изданий, прибывшем ревизовать Ирхайск, а первый репортаж напишут о сфере обслуживания; даже заставил Олега показать редакционную «корочку». При слове «журналисты» таксист немного оживился, но все равно отказался поехать. Привлеченный спором, к ним подошел один из бомбил и предложил отвезти в город журналистов, да и взять с них по божески. Согласились.

Олег дремал на заднем сидении, а Толик понемногу остывал, продолжая возмущаться: чего это сутенеры работают среди бела дня. Водила загадочно ответил, что этот мужик бл.дей не возит, потому что он сам порядочная бл.дь. Еще шофер провел короткую экскурсию по окрестным достопримечательностям, которую спящий Олег почти всю пропустил. Единственное, что он запомнил, так это свое недоумение: если волки и, правда, на этом перекрестке загрызли кобылу, то когда же это случилось: до постройки гастронома или после? Да и то, вопроса не задал.

Гостиница «Сибирь» в которую они приехали, считалась центральной и единственной. Толик с радостью сообщил другу: Котелков уже здесь, номер забронирован. Впрочем, бронь была лишней предосторожностью: непредусмотренному Олегу предложили номера всех категорий и он, по своету друга, выбрал такой же вариант. «Контора платит, — сказал Гусар, — можно и люкс, но начинать кампании с люкса нетактично. Вот тебе еще пятьсот рублей, вечером рассчитаемся.»

Одноместный номер, времен раннего застоя, был затерт, обшарпан, зато просторен, а в огромной ванной из обеих кранов лились струи и холодной, и горячей воды. «Для райцентра, да еще в августе, очень даже человечно, — профессионально заметил Толик. — Мойся, спи, я потом к тебе загляну.» Олег так и сделал.

Переступая по ковру босиком (пыль летела из под ног, как вода на болоте) Олег подошел к окну. Там не было ничего интересного, только фасады сталинских зданий, да раскидистые деревья, в основном тополя. Сибирских кедров Олег не заметил.

Радуясь тому, что не надо возиться с багажом, Олег оделся и вышел в коридор. Горничная, вязавшая за столиком, сообщила, что другой журналист (откуда ей известно?) час назад вышел из своего номера, но пошел не на улицу, а на другой этаж. Искать Гусара Олег не хотел — где неизвестно, да и может там важный разговор. Поэтому он вышел на улицу.

Солнышко было мягким и закатным, ему явно оставалось красоваться на небе не таки долго. Олег взглянул на часы: нет и пяти. Интересно, какая же разница, между местным временем и Пулковским меридианом?

Гостиница выходила на площадь, наполовину застроенную низкорослыми купеческими домиками, наполовину — зданиями сталинской поры. Ремонта просили и те, и те. Самым современным строением был универмаг и Олег направился туда, купить шампунь на деньги, оставшиеся после оплаты номера. С деньгами расстаться не удалось, так как универмаг оказался закрытым.