Читаем Право на месть полностью

– Ее дедушка по материнской линии – Гарольд Артур Миклсон. – Он в качестве доказательства посылает мне по столу лист бумаги, на котором нацарапал адрес. – Скегнесс.

– Черт возьми! – Я беру лист бумаги, смотрю. – Молодцы ваши люди.

– Мои люди лучшие, но теперь пришло время обратиться к полиции.

В кабинете Саймона жарко, мы сидим здесь вдвоем с ним, ждем звонков с того времени, как приехали из полиции, и я вижу капельки пота на его лбу. Мы провели здесь два долгих часа. Словно вечность. Все мое тело болит от напряжения.

– Лиза в беде, и мы оба знаем это, – говорит он. – Если эта Кейти прибегла к таким ухищрениям, чтобы заманить ее туда, то Лиза против нее бессильна.

– Согласна. Я позвоню Брей.

Я беру мобильник, который он мне дал, пока мой в полиции, но Саймон качает головой.

– Не вы. Вас они не будут слушать.

– Отлично. Звоните вы.

Мне все равно, кто позвонит, лишь бы они выслушали. Он набирает номер, а я нервно постукиваю подошвой под столом.

– …нет, это не имеет никакого отношения к Мэрилин. Она приняла таблетку и пошла спать. Я стал выяснять про Кейти Баттен, чтобы удовлетворить собственное любопытство. Да, это преимущество богатого человека, но я теперь делюсь своей находкой, так что сэкономил ваши средства. Вы как минимум должны проверить дом. Он пустой. Его явно собирались превратить в музей – он был кем-то вроде знаменитого иллюзиониста, – но этого так и не случилось. Новый владелец так никогда и не материализовался. Кто-то спрятался за целой горой бумаг, детектив Брей, и, Кейти это или нет, я думаю, велика вероятность того, что Лиза там, в Скегнессе. Это место, о котором наверняка она говорила с Кейти. Дед Кейти умер немного ранее в тот год, и если они собирались убежать вместе, то пустой дом был для этого, вероятно, лучшим местом, там можно было спокойно спрятаться на день-два. Кому повредит, если вы через десять минут отправите туда двух полицейских?

Наступает долгая пауза, наши глаза встречаются. Наконец он торжествующе кивает.

– Спасибо. Да, сделаю. И спасибо еще раз.

Снова долгое ожидание, мы сидим молча, напряжение искрит между нами. Я спрашиваю себя, понимает ли он, что влюблен в Лизу. Он считает, что делает все это, чтобы подтвердить верность своего первоначального суждения, чтобы его увлечение, ухаживание, встречи выглядели не так плохо, как сейчас, ведь это досаждает ему. Нет, здесь что-то большее. Им движут более глубокие чувства, хотя он еще не знает этого. Я тоже люблю Лизу, хотя и знаю все о ее прошлом. Это истина, с которой мне тоже придется примириться. Кто-то может совершить ужасный, непростительный поступок, но ты его прощаешь, если любишь.

Наконец Брей звонит. Саймон слушает, потом, после нескольких формальных минут, разговор прекращается. По его сутулым плечам я понимаю – хороших новостей нет.

– Там никого нет. Дом пуст. Единственная странность – входная дверь не заперта. Они хотят связаться с владельцем и вызвать утром мастера по замкам, но никаких свидетельств того, что там кто-то прячется, что там Ава, они не нашли.

– Они что-то упустили, – говорю я. – Она должна быть там. Я это нутром чувствую.

– Они ищут убийцу. – Он садится на свой стул. – Они все обыскали. Их там нет. Мы вернулись туда, откуда начали. Будем надеяться, что поиски Амелии Казинс дадут что-нибудь. До этого мы ничего не сможем сделать. Бегать, как курицы с отрубленными головами, без всякой информации – ни к чему не приведет.

Я смотрю на бумагу с адресом, которую все еще держу в руке. Что бы он ни говорил, они что-то упустили. Какую-то наводку как минимум. Кейти заманила Лизу в этот дом. Она сделала это не просто так.

– У вас усталый вид. Может, вам лучше подняться к себе, принять душ и отдохнуть! Поесть что-нибудь, если сможете. Если Брей решит приехать и спросить, что у меня на уме, вероятно, ваше нахождение здесь может быть неправильно понято.

Я все еще смотрю на бумагу.

– Вы правы, – слабо улыбаясь, отвечаю я. – Поздно, и голова ужасно болит. Может, прилягу на часок – станет получше. – Я беру со стола мобильник. – Ваш номер здесь есть? Я отправлю вам сообщение, если придумаю что-нибудь полезное.

Саймон кивает, говорит мне, что все будет хорошо, – так мужчины утешают женщин, словно мы дети и сами не знаем, что часто все кончается плохо, словно так нас можно защитить от всего зла, что есть в мире, немалая часть которого приходит к нам именно от сильного пола. Я устала быть жертвой. Я устала зависеть от мужчин. Устала ждать.

– Я думаю, что тут же свалюсь, – бормочу я, подходя к двери. – Но если надумаете что-то – звоните.

– Непременно, – отвечает он.

Я дожидаюсь, когда он отвернется и, перед тем как выйти, быстро беру кое-что еще со стола рядом с его кофейной чашкой.