Читаем Право на месть полностью

– Конечно. Садитесь. – Он смотрит мимо меня на Брей, которая вышла и закурила сигарету. – Не волнуйтесь. Она не станет скрываться.

– Уверена, не станет. У нас люди сейчас просматривают записи с камер видеонаблюдения на вокзале и автобусной станции – ищут Шарлотту. Надеюсь, найдем что-нибудь, и это поражение не будет стоить нам новых жизней.

Я их слышу, но не слушаю. Кое-что другое привлекло мое внимание. Другая машина, припаркованная незаметно на противоположной стороне дороги, темная фигура за рулем. Ричард.

– Я хочу только в душ и уснуть, – бормочу я, поворачиваясь к ним. – Мы можем ехать?

Ричард. Только этого мне не хватало! Откуда он узнал, что я здесь? Он не выходит из машины, но, когда мы трогаемся, трогается и он.

– Кто-нибудь знает, что меня задерживала полиция? – Я стараюсь, чтобы мой вопрос прозвучал невзначай.

– Боюсь, что все. – Саймон смотрит на меня. – Об этом сообщали в новостях.

Я издаю стон и откидываюсь на спинку кресла.

– Каким образом?

– Это не Брей. Она не хотела выдавать эту информацию, рассчитывала, что Лиза сама выйдет на связь. Думаю, это Карен Уолш, самодовольная сука. Не волнуйтесь, она уже уволена.

– Спасибо, – говорю я. В боковом зеркале я вижу машину Ричарда – он едет за нами, держится вблизи, но не очень близко.

– Я тоже без дела не сидел, – начинает Саймон. – У меня работает целая команда бухгалтеров-криминалистов, адвокатов и частных детективов – изучают семейство Баттен, а в особенности – что Кейти сделала с их активами. Оказалось, там целая гора бумаг. Лица, спрятанные за сетью офшорных компаний и счетов. Они были люди не бедные, но их состояние никак не требовало таких сложных бухгалтерских манипуляций. В любом случае такая гора бумаг говорит мне об одном: кто-то что-то скрывает.

– Например, тот факт, что владелец жив?

– Именно.

– Скегнесс, – вспоминаю я. – У семьи Кейти был дом в Скегнессе. Я думаю, Лиза туда отправилась. Полиции я не сказала. Не хочу, чтобы они помчались туда и нашли Лизу, прежде чем она доберется до дома. Я знаю, это глупо, но они не…

– Все в порядке. Я верю вам. Я верю ей. Я найду… – Саймон замолкает; скосив глаза, видит, что я нервно поглядываю в зеркало заднего вида.

– Что там? – хмурится он. – Полиция?

– Хуже, – качаю я головой. – Мой муж.

Саймон, не говоря ни слова, сжимает челюсти и сбрасывает газ.

– Что вы хотите делать? Не обращайте на него внимания.

Я в панике – и не знаю почему. Не обращать внимания. Будто это так просто. Саймон продолжает сбрасывать скорость и, как только появляется место для парковки, съезжает с дороги.

– Не надо, – прошу я, в моем голосе слышится нервная визгливость, которая мне ох как не нравится. – Поедем в отель. Пожалуйста. – Я не хочу, чтобы Ричард избил его. Ричард уже и без того принес немало вреда.

– Ждите здесь. – Не посмотрев на меня, Саймон выходит из машины.

Мне хочется вжаться в сиденье, но я должна видеть, и я опускаю окно и высовываю голову. Ричард вышел из машины, он – комок ярости. Я знаю эту его позу, это выражение, когда маска сброшена.

– Ты трахаешь мою жену? – Слова звучат четко, и я вся сжимаюсь, когда он надвигается на Саймона, который беспечно идет ему навстречу. Кулаки Ричарда сжаты. Он совсем съехал с катушек. – Я спросил – ты трахаешь мою жену?

Мой желудок готов вывернуться наизнанку, рвота подступает к горлу. Он убьет Саймона, а потом вытащит меня за волосы из машины и тоже убьет.

Саймон двигается быстро, я даже не успеваю фиксировать, что происходит. Он по-прежнему не произносит ни слова, но вдруг его руки уже не в карманах. У Ричарда даже нет времени, чтобы удивиться, как на него сыплются точные удары по ребрам и животу, короткие, резкие, мощные. Он сгибается, ловит ртом воздух. Саймон, все также молча, разворачивается и ровным шагом идет к машине.

Я смотрю на него, дыхание у меня перехватывает, как у моего мужа, который лежит на асфальте в нескольких футах за нами.

– Теперь он знает, что это такое – иметь несколько сломанных ребер, – спокойно произносит Саймон, а машина уже урчит под нами.

– Где вы этому научились? – спрашиваю я. – И не дадите ли мне урок?

Я впервые толком вижу его руки. Грубая кожа. Задубевшая за долгие годы.

– Я никогда не сидел в тюрьме, – отвечает он, возвращаясь на главную дорогу. – А надо бы. Почему, вы думаете, я умею находить нужных мне людей? Лучше всего это делают те, кто научился дистанцироваться от своего прошлого. Кто научился скрывать источник своего дохода. Мы знаем эти трюки.

– Мы должны найти Кейти, – говорю я. – Полиция этого не сделает. – Я смотрю на тучи, собирающиеся на небе. – И должны действовать быстро.

Я чуть не смеюсь, когда открываю глаза и вижу ее. Конечно. Я должна была знать. Глупая Шарлотта всегда на шаг позади. Волна тошноты подкатывает к моему горлу, в голове пульсирует, когда я пытаюсь подняться.