Читаем PR-проект «Пророк» полностью

Лежа на диване, обложенный холодными мокрыми полотенцами и платками, Юра раздумывал, стоит ли идти домой. С одной стороны, там деньги. С другой — бандиты могут за ним следить. Значит, надо отлежаться. Пистолета нет. Чтобы купить его — надо ехать далеко. Может, попросить Катю? Но ведь здесь нет денег.

— Что-то долго нет «скорой», — вздохнула Катя, сидя рядом с ним на стуле.

— Думаю, и не будет.

— Как ты? — спросила она испуганно.

— Нормально.

— Ну да… Что делать будем? Уже скоро одиннадцать.

— Мне лучше остаться здесь. Могут следить.

— А как же я?

— Иди домой. До завтра постараюсь не умереть.

— А вдруг они меня тоже видели? Что же делать? — Катя поднялась и в волнении стала ходить по комнате.

— Тогда оставайся здесь.

В конце концов она так и поступила. Ночью Катя меняла Юре компрессы, хотя он мог бы делать это и сам, но забота всегда приятна. Переломов у Юры не было, только сильные ушибы и ссадины на лице. И, наверное, легкое сотрясение.

На следующий день Катя отвечала на звонки, что «шеф в больнице — вчера брали банду, завтра будет». Юру слегка мутило и подташнивало, но, как он считал, единственное лекарство от сотрясения — это покой. Катя была рядом. Она выглядела грустной, и Юра спросил ее:

— Что с тобой сегодня?

— Ты знаешь, я недавно была на дне рождения у подруги. Там один парень сказал о ней, что она девчонка без проблем.

— И что это нынче значит?

— Ну… что у нее все есть. Родители богатые, квартира.

— И что? — холодно поинтересовался Юра.

— Как что?

— Что ты хочешь этим сказать?

— Знаешь… Я после этого случая смотрю на всех девчонок и прикидываю: с проблемами они или без? И про себя думаю: «А я с проблемами»?

— И что придумала?

— С проблемами. Квартиры у меня нет, машины нет. И перспектив…

Юра помолчал:

— Зато у тебя есть я.

Катя ничего не ответила.

— А я — с проблемами? — спросил он.

— Ну, — она замялась, — в общем-то, да: у тебя тоже нет перспектив и стабильности.

Разговор оставил неприятный осадок. Но после него хотелось скорее вернуться к работе. Через день он снова принимал посетителей. Ссадины и пластырь на лице добавляли его образу сыщика особый колорит.

Катя предлагала сделать паузу в работе, но Юра считал, что надо торопиться. Могут пойти визитеры посерьезнее.

Некоторое время спустя Катя с Юрой сидели в машине, которая мчалась по Ленинградскому шоссе.

Деньги Юра передал Володе — Катиному старому приятелю, который постоянно крутился в финансовых сферах, то ли играл на бирже, то ли занимался обналичкой, то ли и тем и другим одновременно. Володя обещал Юре перевести деньги на оффшор и заверил, что тот сможет снять их в любом западном банке. Денег было всего триста семьдесят тысяч. Юра не стал продавать квартиру. Он никогда не представлялся клиентам своим именем и считал, что надо просто пересидеть какое-то время за границей. Заодно и отдохнуть. В кармане были билеты и деньги на мелкие расходы.

Юра сидел рядом с водителем, сзади сидела Катя. День был солнечный и теплый. Солнце слепило глаза, пейзаж вокруг будто выцвел под его лучами. В воздухе ощущался чуть слышный пряный аромат: так пахло лето.

Постояв немного в душной пробке у аэропорта, машина наконец подъехала к стеклянным дверям. Юра вытащил из багажника два чемодана. На спину Кате был водружен небольшой рюкзак. Она была в короткой маечке с открытыми плечами, которая, оказывается, называлась блузкой. Здесь, на входе в аэропорт, они по-настоящему почувствовали жару. Жара висела в воздухе и отражалась от побелевшего асфальта, ей было наполнено небо, где не было ни единого облачка. В Испании должно было быть еще жарче. И еще там должно быть море. И небольшой беленый домик у самого берега. И машина в гараже рядом. И в домике должен быть кондиционер.

В здании аэропорта было прохладнее. На табло среди других рейсов они нашли свой, в буфете съели по пирожку, запив кока-колой. Как медленно тянулось время до посадки…

В ларьке, где продавалась всякая мелочь, были ручки: синие, черные, красные, зеленые и даже оранжевые, а также блокноты, ножи, бумажники и презервативы. Они купили презервативы. Юра поймал себя на мысли, что среди снующих и шатающихся пассажиров ему мерещатся бандиты и фээсбэшники. Он ловил на себе пристальные взгляды, которые оказывались случайными. В газетном киоске Катя купила журнал, а Юра — газету. Потом они пошли в туалет. «Самое лучшее место, чтобы взять нас», — пронеслась мысль. Но Юру никто в туалете не «взял». Катя задерживалась. Юра забеспокоился. Катя вышла, улыбаясь. Юра попросил ее не отходить от него далеко. Катя поняла причину его беспокойства. Они нашли бланки таможенных деклараций и заполнили их.

Наконец объявили посадку. Все происходило неимоверно медленно. Очередь, окруженная чемоданами и сумками, потные рубашки толстых мужчин, красные лица матерых женщин с фантастическими башнями крашеных волос, недовольный громкий шепот впереди и сзади, настороженные лица таможенников и милиционеров, нестерпимо долгие проверки документов и досмотр багажа.