Читаем Позывные — «02» полностью

Это был, кажется, тот самый случай, когда предположения подтверждались. Татьяна Носкова, к слову, искренне обрадовалась Александру Цыганову и смотрела на него, пока шел допрос, как на избавителя, хотя обещать ей он, разумеется, не мог ничего, кроме уже известного: суд несомненно учтет то, что она раскаялась и чистосердечно призналась во всем, к чему стала причастна, связавшись с Дрепиным. Однако сказать что-либо о Руслане, которым интересовался сейчас Цыганов, Татьяна не могла. Всем видом своим, не только словами, убеждала она Цыганова, как искренне желала бы помочь ему, повторяла, прикрыв глаза: «Руслан… Какой же это Руслан?» — но так ничего и не припомнила. Александр был огорчен. К тому же он подумывал, не слишком ли рано поверил в искренность этой девушки, но утром ему позвонили и сказали, что Татьяна Носкова хочет дать дополнительные показания.

— Вы понимаете, — торопливо говорила Татьяна. — Дрепин поставил меня в такие условия… Ну, попросту говоря, он ревновал меня даже к тени. Поэтому знакомиться я ни с кем не могла. Но я вспомнила, что, когда бы мы ни приезжали во Фрунзе, в ресторане «Нарын» непременно оказывался один парень. Он называл себя — Студент. Вообще-то его можно было принять и за студента. Молодой, лет двадцати трех, не больше. Но я не помню, чтобы он был когда-нибудь абсолютно трезв. Наши, если я не ошибаюсь, использовали его для каких-то мелких поручений. Ну, как-то, я помню, надо было получить у скупщика деньги (Татьяна сказала именно «деньги», а не «башли». Она вообще не употребляла жаргонные словечки, и Цыганов про себя с удовлетворением отметил это тоже). Сам Дрепин почему-то идти за ними опасался, и тогда послали этого Студента. Он скоро возвратился, отдал Дрепину деньги и спросил:

— А процент мне будет?

Дрепин бросил ему бумажку и налил рюмку водки. Он выпил и спросил:

— С девочкой твоей хоть потанцевать можно?

А сам уже пошатывается, пьяненький.

Ну, а Дрепин разозлился и ответил:

— Девочка не для таких, как ты. Она не Людмила.

Студент только руки к груди прижал:

— Извиняюсь, ты прав. Забыл, что мне надо искать только Людмилу.

Все они захохотали, а я еще тогда подумала, что же они имели в виду, когда говорили о Людмиле? Имя такое распространенное. Что хотел сказать этим Дрепин? И вот теперь, когда вы спросили про Руслана, до меня, кажется, дошло. Вы понимаете?

— Конечно, Таня! Спасибо вам. — Цыганов задумался на минуту. — А что, Таня, — спросил он, даже подмигнув ей, — если нам с вами пойти поужинать в этот самый «Нарын»?

— Вдвоем? — вырвалось у Татьяны, но тут же она смутилась. Она сообразила, что имел в виду Цыганов. — Опять помочь вам надо?

— Да, Таня.

Она смущенно оглядела себя, свой костюм.

— Вам дадут возможность подготовиться к вечеру, — сказал Цыганов. — Ровно в шесть я вас жду.

Все, разумеется, произошло не так удачно и скоро, как предполагалось. Цыганов и его юная спутница напрасно просидели в ресторане «Нарын» до десяти вечера, но Студент, о котором рассказала Татьяна, там так и не появился.

— Наверное, вы не верите мне, — огорченно произнесла Татьяна.

Цыганов не ответил.

— Поедемте куда-нибудь в другое место, Таня, — сказал он погодя. — Возможно, за то время, что вы не встречались, ваш Руслан своим привычкам успел изменить.

— Все-таки вы сомневаетесь во мне, — Татьяна печально усмехнулась.

Заканчивали вечер Александр Цыганов и Татьяна Носкова в ресторане «Киргизстан» — самом популярном во Фрунзе. Дело шло к закрытию. Уже гасили свет, намекая посетителям на то, что, как говорится, пора и честь знать. Ушел с эстрады оркестр. И тут над ухом Александра хрипло раздалось:

— Так что, Татьяна, где же твой Онегин?

— Там же, где твоя Людмила, — бойко, в тон, откликнулась Татьяна.

Цыганов оглянулся, делая вид, что рассержен не на шутку. Он увидел длинного сутулящегося паренька с тонкими усиками на пухлой губе.

— Гуляй, гуляй, малый! — бросил ему через плечо Цыганов.

— Уж больно ты грозен, как я погляжу! — парень хотел повертеть пальцем перед лицом Цыганова, но покачнулся на неверных ногах и почти упал грудью на стол.

Цыганов бросил быстрый взгляд на Татьяну. Она опустила веки.

— Мотай, мотай, говорю, отсюда! — нарочито грубо потребовал Цыганов.

— А ты, между прочим, глаза не квадрать, — произнес заплетающимся языком парень.

— А то — что?

— Схлопочешь…

Только это и нужно было Цыганову.

— А ну, выйдем, малый, поговорим, — потребовал он.

Через минуту от подъезда ресторана отъехала «Волга». Татьяна сидела рядом с водителем, а на заднем сиденье, всхлипывая, недавний забияка допытывался у Цыганова:

— За что меня прихватили, за что? Я ничего такого, кажется, не сделал…

— Скоро узнаешь, — пообещал многозначительно Цыганов.