Читаем Позывные — «02» полностью

— Она могла поступать в институт и не поступить, — подхватил Николай, — а ее «благодетелю» сей факт неизвестен. Надо, стало быть, поискать среди абитуриентов.

— Горячо, уже горячо. Кстати, вот тебе и готовая версия. Кажется, я вас расшевелил, капитан? Вы говорите совсем не глупые вещи. А поиск каналов, по которым могла идти утечка взрывчатки — чем не гипотеза? Ну и, наконец, магнитофон… Был же у него после кражи владелец, с которым нам не мешало бы поближе познакомиться.

* * *

Теперь Димка был полон решимости, хотя далась она ему, надо сказать, нелегко. Он поможет Кольке спрятать на время классный журнал. Конечно, страшновато, что и говорить, за такое по головке не погладят, если дознаются, но Димка глушил чувство страха и убеждал себя в необходимости хоть когда-нибудь выйти из постоянного состояния забитости и приниженности. Ему страстно хотелось бросить вызов, заставить всех удивиться и этим как бы отплатить, да, именно отплатить всем за нанесенные ему некогда обиды. Несколько охлаждало его воинственный пыл то, что предстоящая кража журнала не должна повлечь его разоблачения и потому, кроме Кольки, никто и знать не будет о Димкиной удали. Но удержится ли он сам? Нет, не сможет, конечно, расскажет Славке, да и Жанне (вот когда она посмотрит на него другими глазами и уже не осмелится больше называть его «Шкилетиком»!) и, конечно же, Саше, который наверняка не станет теперь подшучивать над ним.

Как выразился Колька, операция по изъятию классного журнала прошла на высоком техническом уровне. Ее осуществление они наметили на перерыв между пятым и шестым уроками. Пятым была химия, в конце урока ученики обычно окружали Веру Николаевну, задавали наперебой вопросы, и около учительского стола бывало довольно шумно. На журнал, который лежал обычно на краешке стола, никто не обращал внимания. Этим и решили воспользоваться Димка и Колька. Последний на всякий случай встал у двери, обеспечивая себе сравнительно широкий сектор обзора и готовый при необходимости подать Димке сигнал тревоги. Димка, расстегнув свой портфель, не спеша подошел к столу, потолкался среди ребят и незаметно быстро сунул журнал в раскрытый портфель. Потом медленно направился к двери, и тут они вместе с Колькой стремглав вылетели в коридор. Димка на ходу застегнул сразу потяжелевший портфель. Все произошло мгновенно, и первым их желанием было тотчас же уйти из школы, но Димка правильно рассудил, что отсутствие их и журнала на шестом уроке сразу навлечет на них подозрение. А потому они вернулись в класс и уселись на свои места. Хотя исчезновение журнала на шестом уроке и не вызвало особой тревоги (кто-то высказал предположение, что его, наверное, взяла Елена Павловна для подведения итогов — четверть подходит к концу), Димка сидел как на иголках. Если учитель начинал ходить по классу, Димка съеживался, ему так и казалось — вот сейчас подойдет к нему и скажет: «Осокин, откройте, откройте-ка свой портфель». От этого замирало сердце, и холодок страха полз куда-то в низ живота, а ноги становились ватными.

Колька же, напротив, сидел безмерно счастливый — теперь журнал у них, и он сумел на время отвести от себя опасность наказания за пропуски уроков. Временами он заговорщически подмигивал Осокину: «Ты молодчина, Димка!»

После уроков они вышли из школы по обыкновению втроем. Димка уже успокоился, он шел с высоко поднятой головой, нижняя губа была надменно выпячена, лицо сияло гордостью.

Славка удивился.

— Ты чего солнцем засиял и напыжился, как индюк? — спросил он у Димки.

Тот в ответ лишь загадочно улыбнулся.

— Давай покажем? — Колька дотронулся до Димкиного портфеля.

Ребята остановились. Димка с готовностью открыл портфель и с торжествующим видом показал Славке увесистую тетрадь.

— Журнал? — изумился Славка.

— Ага! — ухмыльнулся Колька.

— Кто же это его?

— Я, — тихо признался Димка, чем поверг Славку в еще большее удивление.

— Он, он, — подтвердил Колька, отдавая дань восхищения другу.

— Димка, ты? — недоверчиво переспросил Славка. — Но зачем?

— Кольке надо пропуски прикрыть, — сверкнув улыбкой, пояснил Димка, а Колька опять произнес свое многозначительное «ага».

— Слушайте, это же здорово! — вдруг оживился Славка. — Теперь Елене наверняка нагоняй будет, ведь ее журнал пропал. Ну, ты, Димка, даешь! — протянул он нараспев и одобряюще похлопал Димку по плечу.

Димка чувствовал себя героем: наконец-то он заслужил признание, утвердился в глазах ребят. Его распирало, хотелось сделать еще что-то значительное, навсегда перестать быть пришибленным. «Шкилетом» — вечным объектом для издевок и шуток.

— Это еще что, — пренебрежительно отозвался Димка. — Мелочи жизни. Просто раньше не хотел я. Понятно? Нет, Димка не ущербный, как это некоторые полагают, — почти с вызовом произнес он.

Славка удивленно вскинул на него глаза: таким видеть Димку ему не приходилось, и он решил остудить его пыл:

— Ну, не задавайся, не задавайся. Можно подумать, подвиг Геракла совершил. Тогда не забывай: тебе еще одиннадцать осталось, — насмешливо бросил он.