Читаем Позывные — «02» полностью

Но что самое главное — его снедала необыкновенная гордыня. Да! Он считал себя выше, умнее всех этих жлобов, даже с самыми большими «бабками». Подумаешь, «бабки!» Пусть ты разговариваешь сегодня со мной небрежно, — я презираю тебя! И рано или поздно буду «иметь» во много раз больше тебя, а уж умнее тебя я и сейчас!

Фарид знал, что все это «пока». Пока его окружают эти дебилы, пока он пьет с фарцовщиками и дешевками и ведет разговоры на уровне неандертальцев: кто сколько выпил, где что «дают». Все пока… Он знал, что будет еще и «завтра». Какое оно конкретно будет, он не совсем представлял, но в настоящий момент, анализируя свою жизнь, он был в общем-то доволен.

А что? Он свободен. Семьи нет и не надо. Брак как форма существования людей почти изжил себя. Не дай бог все эти пеленки, распашонки, жировки, соленья, варенья на зиму. Да еще работа с 10 до 7 или с 8 до 5! Деньги? Тьфу! Небольшие, но есть! Спит с кем хочет и когда хочет! Одет — дай бог всякому! Хата есть! Здоровье? Пока не жалуется! Сам себе и судья и хозяин. Угрызения совести? Для закомплексованных болванов!

Иногда Фарид спрашивал себя: мог бы он убить человека? И где-то, только для себя, отвечал: «А что? Мог. Если бы это было очень надо и если был бы уверен, что никто не узнает и ничто ему за это не будет. Подумаешь! Убить жлоба, каких тысячи, миллионы. И не заламывать истерично руки: «Ох, убил! Ах, убил!» Да, убил! Потому что это я! Я! Захотел — убил!»

По-настоящему завидовал Фарид только «каталам» — крупным картежникам. Не их уму, — он беседовал со многими и знал: умом особым они не блистали, а их дерзости, рисковости и иногда купеческой бесшабашности. Вот, пожалуй, кем он мог стать, если бы не был трусом. Он не любил рисковать, любил видеть, как говорили картежники, «прикуп» на столе только снизу.

И еще Фарид с завистью слушал рассказы-басни о том, что кто-то сначала проигрывал столько-то «штук», потом отыгрывал свои и выиграл еще столько-то. Причем в разговорах назывались иногда почти четырехзначные цифры сумм, проигранных и выигранных «каталами». Это звучало как музыка…

Фарид согласен был в мечтах один разок выиграть одну из этих сумм. Но одно дело мечты, другое — воплощение… А вдруг проиграешь? Нет, нужен был миг, всего один миг, когда он, Фарид, схватит удачу и одним махом переплюнет всех этих жлобов…

И вот судьба наконец послала ему выигрышный шанс…

А появился этот шанс с приездом этого придурка Акрама, бывшего институтского товарища, ныне кишлачного учителишки.

Сначала они были в институте просто так: «Здравствуй — до свидания». Потом Фариду понадобился именно такой, прилежный и в чем-то недалекий, друг. Он писал для него конспекты, выкрикивал «я», если Фарид отсутствовал на лекционной проверке, ходил вместе с ним на свидания, если подруга очередной его девушки была «страшненькой» и, главное, всегда восхищался им, а это льстило Фариду.

И когда в этот раз Акрам приехал после долгого перерыва и нашел его, Фарид даже сначала обрадовался: все-таки «верный товарищ, институтские годы», а у него, у Фарида, кап раз сидели в гостях две девицы.

Потом, выпив за встречу, Акрам понес вдруг что-то про горы, школу, детишек; девицы заметно поскучнели и стали смотреть на провинциала с пренебрежением.

Но Акрам не замечал этого. Плюс ко всему, он стал ухаживать не за той, за какой надо…

Вечер был скомкан… Фарид ушел провожать девиц, а вернувшись, застал Акрама спящим в кресле. Будить не стал, а просто прикрыл пледом.

Наутро, а было уже часов двенадцать, друзья позавтракали в одном из ресторанов и вышли в сквер посидеть на скамеечке, покурить.

Фарид прикидывал, как бы «повежливее» отделаться от друга, которого он про себя охарактеризовал как «вчерашний день».

— Что бы ты сделал, если бы у тебя вдруг стало много-много денег? — неожиданно спросил Акрам, щурясь от мягкого солнца.

Фарид снисходительно скосил на него глаза и снова закрыл их: эта проблема волновала его самого всю жизнь.

«Дилетант», — вяло подумал он.

— А я бы… — Акрам с удовольствием потянулся и подержал ноги на весу. — Я бы…

— Ну что бы ты? — не открывая глаз, спросил Фарид.

— Купил бы вон тот цветочный киоск и раздавал всем женщинам бесплатно цветы! «На! На! На!» Даже вон той — старой! «Бери!» Или… видишь, детишки идут?

По дальнему тротуару двигались, охраняемые воспитательницей, детишки. Для безопасности они держали друг друга за край одежонки.

— Я бы купил лоток с мороженым и раздавал им.

— Простынут… — чтобы хоть что-то возразить, сказал Фарид.

— Или закупил бы кабак, а шикарная баба пела бы только для меня, под оркестр? А?

— Неплохо, — так же лениво оценил Фарид.

— Машины бы у меня, конечно, были штуки три: один «Жигуль», «Волга» и одна какая-нибудь спортивная… Слушай, а если бы я действительно нашел клад? А?

— Угу… — буркнул Фарид. — Тебя бы вызвали на сцену, вручили бы диплом I степени, и пионеры сделали бы тебе вот так, — и Фарид показал «Салют».

— Ну что же… и это неплохо. Слушай, я пойду сейчас по своим делам, а мой рюкзачок пусть у тебя полежит… Я его там в углу бросил… Ладно.