Читаем Пожиратели стен полностью

— Не забудь инструменты! — бросила великанша. — И вернись пораньше, чтобы приготовить мне ужин. Я уже проголодалась.

О Джувии поговаривали, что она не чуждалась замашек людоедов и иногда поедала рабов, которые вызывали ее недовольство. Зигрид не была уверена, что ее не разыгрывают, и на всякий случай все время держалась настороже.

Она нагнулась, поднимая свою сумку с пилами и рубанками. Начинался очередной рабочий день. Теперь ей предстояло отправиться на лесопильный завод, где Джувия была управляющей.

Вот уже три недели, как ее существование превратилось в непрекращающуюся пытку. Как она и предполагала, Пампкин больше ни разу не показался из обиталища предводителя варваров. Ходили слухи, что он превратился в маленького колдуна, который целыми днями бормочет заклинания. В глубине «дворца» постоянно кипела какая-то лихорадочная деятельность, и Зигрид не стоило труда догадаться, что в нем полным ходом шло создание столь желанной Базораку лаборатории. Всякий раз, когда она видела, что туда таскают награбленные где-то ящики со стеклом или банки с химикатами, ее сердце сжималось. Сколько еще времени удастся Пампкину морочить варварам голову? Если мальчик не добьется в скором времени никаких результатов, Базорак убьет его без малейших колебаний.

Как только Пампкин оказался заточен в жилище короля разбойников, Зигрид бросили в общий загон для рабов. Охранники тут же отдали ее в руки Джувии, которая обладала неограниченной властью над пленниками, захваченными в ходе грабительских экспедиций клана.

Заботясь только о том, чтобы лишний раз не вызвать гнева у своей жестокой хозяйки, Зигрид пока не успела хотя бы даже задуматься о каком-нибудь плане, да к тому же Джувия не спускала с нее глаз.

Ночью Зигрид спала на пороге ее дома, как сторожевая собака.

— Сначала пойдем на лесопилку! — решила Джувия, потянув за цепь, которая была пристегнута к шее Зигрид.

Перейдя натертый паркет широкой улицы, рабыня и хозяйка вошли в строение вроде большого ангара, откуда доносились ритмичные глухие удары и треск. В воздухе висел туман из опилок, поэтому все входящие завязывали себе нижнюю часть лица тряпицами, если не хотели надорвать легкие мучительным кашлем.

С десяток рабов трудились, склонившись над баками с искусственной средой для выращивания дерева. Этот метод мало чем отличался от выращивания мяса. Несколько частиц, взятых с замороженного образца дерева или кустарника, помещали в питательную среду, после чего растительные клетки начинали быстро делиться и разрастаться, омываемые растительным соком. Постепенно отдельные клетки слипались друг с другом, наполняя бак странной массой — жидкой древесиной, которая затвердевала при высыхании.

Такой способ производства давал возможность получать один кубометр древесины примерно за два часа. Затем следовало извлечь один за другим дубовые блоки из баков и поместить их на просушку. Это было опасное дело, потому что липкий сок делал их очень скользкими и всячески затруднял работу. Нередко случалось, что пирамида сохнущих блоков обрушивалась, погребая под собой занятых укладкой рабов.

— Смотри! — буркнула Джувия в первый день, подтолкнув Зигрид к баку со средой для умножения клеток. — Ты должна постоянно следить за индикатором плотности. Иногда взятые с образца клетки оказываются неполноценными, и тогда частое деление ослабляет их еще больше. В этом случае древесина получается недоброкачественная. И еще, никогда не пытайся получить больше одного кубометра. При превышении этого объема волокна теряют плотность, и получается не дерево, а вата. Повышая количество, ты теряешь в качестве — вот правило, о котором ты никогда не должна забывать. Наша продукция — это дуб, а не сердцевинка бузины!

С тех пор Зигрид ежедневно по десять часов вкалывала в полумраке лесопильного ангара, в удушливом пару горячего растительного сока, который клубился над баками. Именно в этом душном сарае похитители железа получали все материалы, необходимые для строительства и поддержания своего жилого блока в порядке. Чистая древесина. Уже полтора столетия машины, которыми их снабдила Директория, не вырабатывали ничего, кроме древесины, упрямо отказываясь выдавать любые более прочные вещества.

— А уж перепробовано было много, не сомневайся! — пояснила однажды Джувия, когда у нее случилось настроение поболтать. — Не одному из нас приходила в голову идея поместить в множительные баки кусочки металлов, но машины всегда отказывались их воспроизводить. Потом мы поняли, что таким способом можно выращивать только живые ткани: мясо, овощи, зелень, но только не минералы. Самые ученые из нас тогда попытались скрестить разные породы дерева, чтобы получить особую древесину, крепче стали. Но все, чего они добились, — это разные диковины: самовозгорающееся дерево, дерево-губка, эластичный дуб и еще всякая всячина! Что бы мы ни делали, мы все равно были обречены на одну только древесину. Пока наконец не пришли термиты, а вместе с ними и свобода…