Читаем Пожиратели полностью

Рикард изо всех сил постарался сосредоточиться, чтобы уследить за ее мыслью.

— Ты наверняка и сам об этом задумывался. Разное исполнение.

Она достала пулю, лежавшую в одиночестве в самой дальней миске. Казалось, пуля ничуть не пострадала.

— Эта пуля выпущена не новичком. Этой пулей убит де Нейден. Прямо в голову — как по учебнику. Пуля с цельнометаллической оболочкой, чтобы добиться максимальной точности с большого расстояния. Минимальная возможная погрешность. Выпущена с башни церкви Св. Якоба — учитывая угол попадания и скорость.

Раздался слабый металлический звук, когда она постучала пинцетом по краю стоявшей рядом миски. Там виднелись четыре одинаковые пули.

— Но самое странное, что тот же вид оружия и те же пули использовались против Аландера. Странно потому, что тут грязная работа. Попадание в грудь и шею, прежде чем стрелок попал в затылок. Но и этот выстрел не смертельный. Он лишь поверхностно повреждает череп. С другой стороны, мы имеем дело с двумя стрелками. Вероятно, те мужчина и женщина у церкви, следы которых мы обнаружили в башне. Кто-то из них помог добить Аландера — после того, как все поначалу пошло не по плану. И вставка, найденная на крыше, полностью соответствует мелкокалиберным патронам. Но почему они не привлекли двух стрелков одинакового уровня?

Он пожал плечами.

— Согласен, это странно. Однако выполнить задание им все же удалось. И снайперы, скорее всего, покинули Швецию.

Она мрачно кивнула и снова взяла миску с четырьмя пулями — такими исковерканными, что они, казалось, спаялись вместе, превратившись в шлак.

— А потом еще вот это. Другие пули. Из тела Мартина Гренфорса. Нечто совсем другое. Пули с мягким наконечником. Они полностью деформированы — но так и задумано. Пуля кувыркается в теле, максимально разрывая кости, сосуды, мышцы и скелет — чтобы гарантированно убить жертву.

Рикард кивнул.

— Ее использовал человек, не пожелавший рисковать. Как мы в полиции.

Мария улыбнулась.

— Да, мы тоже пользуемся такими. Хотя это не наши Gold Dots. Но эффект тот же.

Наклонившись вперед, Рикард рассмотрел пули.

— Дум-дум-пули.

— Да, и, согласись, странный выбор для снайпера. Наши используются, чтобы убить незамедлительно, в ближнем бою, при самообороне. Но для этого стрелка с такого расстояния они не дают большой точности — учитывая сопротивление воздуха и погрешность.

— И тем не менее он попал. Или она.

— Ну, ты считаешь?

— Э-э… да. Он тоже использует несколько пуль, попадает не сразу. В грудь, плечо и шею.

— Я не то имела в виду.

Он с изумлением уставился на нее. Некоторое время она выжидала, с улыбкой глядя на него. Потом до него дошло.

— Ах, черт подери, ты права. Стрелков было больше, чем двое.

Мария кивнула.

— Был еще и третий стрелок.

Она отставила на стол миску с пулями.

— Человек, находившийся совсем в другом месте. Ниже и ближе к SEB, учитывая направление раневого канала и силу при входе — это объясняет, почему стрелок не побоялся использовать пули с мягким наконечником.

— Стало быть, это не профессионал. Человек, который был в себе не столь уверен.

— Да, человек, который хотел точно знать, что у него все получится. Даже если пуля не попадет в голову. Лаборатория проверит на ДНК — если он допустил ошибку, то мы найдем его в реестре.

«Хотя все было бы слишком просто, если бы мы его сразу нашли», — подумала она.

Он помахал рукой, подзывая такси. Предложение исходило от Марии. Он дал себя уговорить — особенно когда она предложила вместе поужинать. Обычно это означало, что еду будет готовить он, и его такой вариант вполне устраивал.

Между домами на Престгатан поддувал холодный ветер. Едва выйдя из такси, Мария с Рикардом прижались друг к другу. Быстро взбежав по лестнице, они стали целоваться, едва за ними закрылась дверь квартиры. Обхватив его руками за бедра, она притянула его к себе — его руки скользнули по ее спине, под блузку, нащупывая грудь. Влюбленные ввалились в гостиную.

Завернувшись в его халат, Мария еще полежала на диване, когда Рикард поднялся. Внутри разливалось чувство наслаждения. Краткий миг покоя. Стараясь продлить его, она любовалась со спины Рикардом, возившимся в кухне.

Рикард нарезал филе окуня тонкими ломтиками и попрыскал лаймом. Авокадо попалось удачное. Мягкое, но не превращающееся в пюре, когда он смешал его с рыбой и сладким тайским манго. Он посыпал все сверху мелко нарезанным кориандром, используя и корень, и листья, а сверху — жареным чесноком. Потом горсть тонко нарезанного зеленого лука. Хабанеро он нарезал тонко-тонко, не прикасаясь к нему руками. Еще не хватало, чтобы капсаицин попал ему на пальцы, испортив им обоим остаток вечера. Он глянул через плечо на Марию, которая полулежала на диване, рассеянно листая старый номер «Mojo», где перечислялись 50 лучших альбомов панк-рока всех времен и народов. При свете стеариновой свечи она выглядела как женщина на репродукции Климта, висевшей позади нее на стене. Как там сказано у «NOFX»? «Не верю в бога, но верю в богинь». Их взгляды встретились.