Читаем Пожарский-3 полностью

ПОДОТЧЁТНОЕ…

Матвей был представлен домашним, незамедлительно очаровал детей, провёл, как договаривались, для всех домочадцев сеанс сольного пения, после которого опасливо поглядывающая на него повариха Осьмуша прониклась к высокоинтеллектуальному кошаку неограниченным доверием и остаток дня баловала его деликатесами.

Наевшись вкусностей, кот помчался играть в прятки с детьми. Ну, в самом деле, как-то психологическую травму от многолетнего сидения на цепи надо залечивать? Прятки для этой цели были сочтены замечательным вариантом. Я ради такого случая разрешил четвёрке бегать по всему особняку, кроме личных комнат.

Однако, история с Мотей так благодушно завершиться не могла.

Не прошло и двух часов, как в особняк примчался взмыленный посыльный из Академии:

— Поручение к студенту Пожарскому от заведующего материальной частью Академии!

— Студент Пожарский завтра на учёбу явится! — отбрил его Пахом, не пропустив дальше самого первого «грязного» ковра у входа. — Подай сюда свою бумажонку. Коли у его светлости время образуется, он посмотреть изволит. Да ступай, нечего тут топтать!

Я по случаю слушал это препирательство из длинной галерейки, в которую привезли наново написанные родовые портреты. Вышел посмотреть на развеску — а тут цирк сверх программы показывают!

Нога у Пахома после Мотиного концерта вела себя куда лучше обычного, и он так резво принялся теснить посыльного, что и на улицу выпер бы, если бы тот не вцепился в дверные створки.

— Погодите! Я не… — сдавленное пыхтение, — не могу… вер… нуть… ся… без… кота!

— Руки убери, теребень непонятливая! Все узоры изляпал!

— Да погодите же! Ваша светлость! Ваша светлость!!!

— Щас! Князь тебе разбежится посыльных с поклонами принимать!

— У него будут неприятности с ректоратом!

— Обрыбится твой ректорат, Пожарскому козни устраивать! — распалялся Пахом.

Я не торопился вмешиваться. С противоположной стороны коридора, выходящего в зимний сад, сцену наблюдал некто, чьи маленькие домашние туфельки выглядывали из-за массивной двери.

— Кот — единица подотчётная, более сотни лет на балансе Академии значится!

— Значится — перезначится!

Последний аргумент явно был позаимствован у младшего поколения обитателей особняка.

Со стороны зимнего сада послышалось топанье двух мелких пар ботинок.

— Бегаете там, а вон тот длинный пришёл Матвея забрать! — страшным громким шёпотом кинула обвинение Стешка.

— Как это? — хором испугались пацаны.

— Как это — забрать⁈ — возмущённо материализовался в глубине коридора Матвей.

— Вот он! — обрадованно закричали все трое мелких.

— Секундочку, молодые люди! Я разберусь с ситуацией, и мы продолжим игру!

Манул пушистым шаром выкатился в прихожую, прошествовал к толкающимся в дверях мужчинам и откашлялся.

— Вот! Подотчётное имущество! — заорал посыльный.

— Вы ЗАБЫВАЕТЕСЬ! — если магический кот хочет высказаться громко, это будет ГРОМКО и с такими модуляциями, что в ушах у всех засвербело и даже как будто ватой заложило. — Молодой человек! Извольте вернуться по месту вашей службы и сообщить, что необходимое условие прекращения моего пребывания на попечении Академии ВЫПОЛНЕНО! О чём заведующим материальной частью должен быть составлен соответствующий ЦИРКУЛЯР! Дальнейшее бумагомарательство ни меня, ни моего нынешнего хозяина НЕ ВОЛНУЕТ! Вам ЯСНО⁈ — кот выпустил внушительных размеров адамантиевые когти и выразительно почесал шею. — Или объяснить практически?

— Ясно, — совершенно честно ответил посыльный. Пахом, пользуясь его замешательством, выпихнул парня на крыльцо и захлопнул дверь перед его носом:

— Ходят тут всякие!

— Ты бы ложечки-то проверил, — посоветовал кот и, распушив хвост, умчался играть в прятки.

Да уж, скучно у меня точно не будет.

ОБЩИТЕЛЬНЫЙ ЗМЕЙ

После того, как Кош отстал от Горыныча с реабилитацией, Змей стал частенько ко мне захаживать. Постепенно при его появлении перестала вздрагивать обслуга, а Осьмуша даже (после пары подробно изложенных Змеем старинных рецептов) начала готовить ему какие-то специальные угощения.

А уж когда у меня Матвей поселился! Кто его спроектировал, ну-ка? Горыныч! Пусть он к зверюшкам своим и не относился также близкородственно, как я к Кузьме, но создателем и воспитателем для всех магических животных был хорошим, так что поговорить им нашлось о чём. К тому же Горыныч соскучился по общению ещё больше, чем Матвей.

Вообще, я надеялся, что пройдёт некоторое время, и Змея попустит, но пока он прям аж трясся — так ему хоть с кем-нибудь поговорить надо было. Я его, конечно, прекрасно понимаю: посиди-ка несколько столетий в компании двух (и более) сумасшедших голов. И вроде как, донимали они его безмерно, а как исчезли…

— Понимаешь, Митька, — жаловался мне Змей, — сижу в горах — и такая тишина вокруг, аж жуть накатывает. Как это Кош говорит?.. А! Паникёрские атаки! Натурально, колбасит меня — срывайся и беги куда-нибудь, где живые люди есть. Ты не обижайся, а? Кош сказал, скоро пройдёт. Можно я пока к тебе похожу?