Читаем Повесть о печальном лемуре полностью

Бабушек было двое. Мамина мама звалась бабой Женей — это она кормила фаршированной рыбой Илью Жака, но в ее жизни было и много других интересных моментов: по семейной легенде, из-за медноволосой красавицы Жени дедушка Семен вызвал на дуэль комбрига Хохлова, пациента полевого госпиталя, которым доктор Затуловский заведовал во времена борьбы с басмачеством. Впрочем, все это было описано в подробностях в другой книге, «Санки, козел, паровоз», а мы сейчас ведем речь о жареной картошке другой бабушки. В отличие от Жени, Роза была хрупкой старушкой со следами тонкой былой красоты на личике с запавшими щеками и совершенно глухая. Своего внука Виталика она любила самозабвенно, навещал он ее редко, но, когда мама объявляла: «Сегодня мы идем к бабушке Розе», Виталик неизменно переполнялся радостью: баба Роза и жареная картошка были в его слабо развитом шестилетием мозгу связаны прочной цепью. Такую картошку не готовил больше никто. Баба Роза усаживала внука на старинную банкетку, обитую выцветшим голубым бархатом, давала ему горстку костяных зверюшек, обычно стоявших в книжном шкафу, а сама ставила на электроплитку маленькую чугунную сковородку, бросала на нее кусок сливочного (подсолнечного — ни-ни) масла и обжаривала до золотистой корочки тонкие кружки и полукружья сырой наструганной картошки, слегка посолив. О-о! Сейчас, через семьдесят с лишним лет, Виталий Иосифович помнит этот аромат, этот вкус — так уж сложилось, что после смерти бабы Розы никто никогда не угощал его такой картошкой. Уже взрослым, он в порыве ностальгии как-то раз попробовал сам приготовить «картошку бабы Розы» — ничего похожего. Так и осталась она только в его уже изрядно ослабевшей дырявой памяти.

Вот недавно ВИ силился восстановить в этой дырявой памяти, как же в конце-то концов спаслась от лисы Серая Шейка. Он сносно помнил первую часть этой истории: юная уточка, у которой лиса повредила крыло, не смогла улететь со своим семейством в теплые края, ей пришлось остаться на зиму в полынье, а та постепенно замерзала и становилась все уже и уже. Про это проведала живущая в тех местах лиса — она частенько навещала уточку: ждала, когда полынья совсем замерзнет, чтобы добраться до Серой Шейки. Помнил ВИ и то, что все для уточки закончилось благополучно. Но как именно? Неразрешенность загадки неприятно раздражала, и он решил спросить у Мишки, не помнит ли он, что там случилось. И что? Можете себе представить, помнит. И Михаил Сергеевич рассказал соседу конец сказки. Дело, по словам Миши, было так.