Читаем Повелитель чумы полностью

Как мог десятилетний мальчишка сопротивляться такому соблазну?

Вломиться туда было нетрудно. Хранилище 57 выглядело внушительно — мрачное кирпичное строение с запертыми на навесные замки дверями; но маленькие арочные окна, расположенные вдоль одной стороны здания, обеспечивали Заку идеальное место входа. Окна были недостаточно большими, чтобы в них мог протиснуться взрослый мужчина, но Зак был ребёнком, и довольно мелким для своего возраста. Он поднял камень, огляделся, чтобы убедиться, что поблизости никого нет, и бросил его в стекло. Затем выбил зазубренные осколки, чтобы не порезаться, схватил пустой ящик, вскарабкался на него и, извиваясь, пролез в окно.

Внутри было жарко и темно, но света, проникающего через окна, было достаточно, чтобы осмотреться. Зак заметил кучу ящиков возле дверей и направился к ним, чувствуя, как учащается пульс от предвкушения и волнения. Ящики были размером примерно с гроб.

Зак не заметил никаких отверстий для воздуха. «Интересно, а как тогда дышат обезьяны?» Он прижался ухом к одному из ящиков, но ничего не услышал. Тогда он осторожно поскреб дерево ногтями.

— Эй?

Ничего.

Он пошарил в темноте, пока не нашел монтировку. Она была тяжелой и ржавой, но вполне подходила мальчишке для дела. Зак просунул тонкий конец под крышку одного из ящиков и дёрнул. Гвозди выскочили наружу, и крышка приподнялась на пять сантиметров.

Зак помахал пальцами перед щелью, но ничего не произошло. Он даже подсунул к отверстию нос, но из ящика не пахло ни шерстью, ни навозом. Пахло травой.

Зак снова взялся за монтировку. Крышка скрипнула и поднялась еще выше, но изнутри по-прежнему не доносилось ни звука.

К черту осторожность.

Зак сорвал крышку и заглянул внутрь. В темных глубинах он едва мог различить очертания…

… кучи сушёных листьев.

— Ой, да ладно вам! — Его голос резким и негодующим эхом отозвался в пустом пространстве. Это было все равно что найти шпинат на своей тарелке, когда тебе обещали сахарное печенье. Зак с отвращением захлопнул крышку.

Он открыл еще один ящик, чтобы убедиться, но там было то же самое, что и в первом: кучи сухих растений, связанных в аккуратные небольшие пучки. Пряности и хлопок, хлопок и пряности. Теперь к этому списку можно было добавить сушёные травы. Скучно-то как…

Зак все еще хмурился, когда лез через окно обратно. Он был так раздосадован, что даже не заметил человека, развалившегося в тени склада, и прошел бы мимо, если бы огромная лапа не схватила его сзади за воротник.

— Эй! — Он повернулся, чтобы посмотреть на схватившего его мужчину, ожидая увидеть Ленуара.

Но лицо, нависшее над ним, принадлежало не инспектору. Бевин медленно растянул губы в злобной ухмылке.

— Ну, привет, щенок.

У Зака перехватило дыхание, но он попытался собрать в кулак всю оставшуюся храбрость.

— Лучше оставь меня в покое, Бевин. У меня есть друзья в полиции.

— О, я это знаю. — Улыбка Бевина стала еще шире, и он поднял Зака над землёй, как котенка за шкирку. — Именно на это я и рассчитываю.

Глава 19

— А вот и еще один, — сказал Коди, указывая пальцем. Клочок черной ткани свисал из грязного окна на четвертом этаже. На соседнем окне тоже висел черный флаг, хотя было сложно сказать, была ли это та же квартира или соседская. — Теперь уже восемь, — добавил Коди.

Ленуар не испытывал ни малейшего желания выслушивать бесконечные подсчёты смертей.

— Возможно, ты мог бы обратить свои мысли к более полезным занятиям, сержант.

Но Коди его едва слышал.

— Теперь, когда повсюду висят эти флаги, паника станет распространяться ещё быстрее.

— А уж когда люди увидят шарфы и перчатки даже на ищейках, — многозначительно посмотрел на Коди Ленуар. — Твой наряд вряд ли вызовет доверие у жителей.

Коди бросил на начальника мрачный взгляд.

— Я не должен защищаться сам?

— Здесь не Лагерь. Риск минимален.

— Скажите это людям, вывешивающим флаги.

Инспектор оставил эту тему. Если сержант решил проявить излишнюю осторожность, Ленуара это не касалось.

Некоторое время Коди ехал молча, но уже через несколько кварталов не выдержал:

— Даже если этот Риттер поможет нам найти остальных членов старой команды «Серендипити», этого будет недостаточно.

— Как знать… Как минимум, это даст нам несколько потенциальных свидетелей, которые могли бы рассказать больше о чуме: откуда она взялась и, возможно, даже о том, как Инатаари ее излечили. И, если нам очень повезет, кто-то из них сможет опознать человека на наброске.

— А если не сможет?

Ленуар чувствовал, что терпение сержанта готово было вот-вот лопнуть.

— Ты сегодня необычайно пессимистичен, — холодно заметил инспектор. — Я думал, мы уже это обсудили. Нет смысла оплакивать наше положение. Мы можем только надеяться на лучшее. Если набросок ничего не даст, то у нас ещё останется Гарунд. Да и следящий за ним Зак может выяснить что-то интересное.

Коди ничего не ответил. Ленуар знал, что он мало верит в этого мальчика. Он считал, что возраст и преступные наклонности Зака делают его неподходящим информатором.