Читаем Повелитель чумы полностью

— И у меня, — сказал Ленуар, — хотя Мерден к тому моменту предупредил нас, чтобы мы этого не делали. Можете быть настроены сколь угодно скептически, доктор, но во что бы то ни стало следуйте его указаниям.

Лидман вздохнул и закатил глаза.

— Хорошо, инспектор, я не сдвинусь с места.

— И не издавайте ни звука, — предостерёг Мерден, обводя всех присутствующих взглядом. И затем кивнул Одеду.

Колдун кивнул в ответ и повернулся к ним спиной.

Лечение началось.

Глава 10

Ленуар сделал глубокий вдох, чтобы успокоиться. Мужчина предпочел бы оказаться где-нибудь в другом месте, но он начал этот путь и должен довести его до конца. Он засунул руки в карманы на случай, если они начнут дрожать. Ему не следовало выглядеть перед Коди испуганным ребенком.

Все началось довольно безобидно. Одед зажег серп из свечей вдоль правого бока мальчика, произнося при каждом движении по слову, которые Мерден повторял своим густым баритоном. Видимо, правило молчания на него не распространялось.

Свет от свечей отражался от кристаллов на противоположной стороне стола. Распростертый силуэт мальчика появился в зеркале из граней, окутанный пламенем, создавая жуткое впечатление пойманного в ловушку тела.

«Как пылающие склепы подземного царства», — с дрожью подумал Ленуар.

Одед окунул пальцы в чашу с кровью, затем щелкнул ими, разбрызгивая капли в темноту. Он произнес одно-единственное слово, резкое и отрывистое.

Свечи вспыхнули, осветив темноту и заставив Ленуара отвести глаза. Когда он поднял взгляд, ему показалось, что фигура мальчика целиком состоит из теней. Конечно, это была игра света, но, как ни прищуривался Ленуар, ему был виден только силуэт мальчика. И все же каким-то образом его силуэт внутри кристаллов стал более детальным; Ленуар даже видел контуры его лица. Но что там, внизу?..

Одед вскрикнул и прыгнул на мальчика, обхватив его руками за горло.

Ленуар вздрогнул. Рядом с ним Лидман дёрнулся, будто хотел вмешаться, но рука Мердена метнулась вперед и схватила врача за локоть, вцепившись в одежду мужчины.

Настойчивого взгляда прорицателя, казалось, было достаточно; Лидман утих, явно огорчённый. В нескольких метрах от него извивалась и брыкалась призрачная фигура мальчика. Одед навалился на него всем своим весом, и его лицо причудливо исказилось, пока он душил своего пациента.

Коди покачнулся, борясь с желанием броситься на помощь мальчику. Ленуару пришлось отвернуться, чтобы не поддаться тому же порыву. Его глаза инстинктивно обратились к кристаллам, к отражению мальчика, пойманного в ловушку.

Отражение не двигалось.

Ленуар вздрогнул. Его взгляд метался между кристаллами и койкой, не в силах примириться с тем, что видел. Одед и тень продолжали бороться, но образ мальчика в кристаллах оставался неподвижным, даже мирным — невероятный контраст с жестокой схваткой, происходящей всего в нескольких десятках сантиметров от них.

«Это невозможно», — мысленно повторял Ленуар, но глаза его не обманывали. Что бы ни происходило на этой койке, на мальчика это, похоже, никак не влияло. Но если это не мальчик, тогда что?..

Тень на койке резко дернулась и замерла, выгнув спину, словно подвешенная на веревке, привязанной к пупку. А отражение в кристаллах по-прежнему не двигалось. Одед выпрямился, его хватка ослабла, выражение лица стало настороженным.

Тень взорвалась.

Порыв жгучего ветра ударил Ленуара прямо в лицо, заставив закрыть глаза. Затем его окружило жужжание, не похожее ни на что, что он когда-либо слышал. Когда он открыл глаза, то увидел нечто, напоминающее огромный рой черных шершней, собравшихся над головой Одеда.

Только это были не шершни, а обрывки теней, каким-то образом видимые, несмотря на мрак, и каждая из них была непроницаемым пятном мрака на фоне тьмы. Ленуар бросил взгляд на койку. Мальчик исчез, но его отражение осталось в кристалле, неподвижное, как картина.

Ленуар увидел белки глаз Одеда. Целитель стоял неподвижно, наблюдая за роем, который метался и клубился, вытягивался и изгибался, двигаясь, как стая скворцов.

«Он не знает, что делать», — с растущим ужасом понял Ленуар. Что бы там ни случилось, Одед этого не ожидал. Как и Мерден, судя по выражению его лица.

В груди Ленуара поднялась паника. Предостережение Мердена все еще звучало у него ушах, но оно постепенно заглушалось, погружаясь в оцепенелый гул роя теней. Жужжание заполняло его уши, пока череп не начал вибрировать. Его сердце колотилось так сильно, что он чувствовал его в горле. Все, о чем инспектор мог думать — это о том, как сильно он хотел уйти отсюда. Он посмотрел на Коди и увидел, что в безумном взгляде сержанта отразился его собственный страх. Лидман же, казалось, был готов упасть в обморок.

Стоило Ленуару решиться встать с места, как Одед ожил. Он схватил со стола пучок трав и засунул его в огонь. Взметнулись языки пламени, выпустив густой столб дыма, и Одед бросился на рой, размахивая пучком, как факелом.