Читаем Потусторонние полностью

Я снова попыталась высвободиться, но Гас поймал мою руку и приложил к своей груди. Я замерла и уставилась на вампира во все глаза. А он нежно коснулся тыльной стороной ладони моей щеки, погладил скулу и вдруг прижался к моим губам в чувственном поцелуе. Сначала я просто не поверила в происходящее, но когда ступор спал, то ответила, выплескивая всё, что я испытывала к этому невыносимому мужчине: боль, страсть, обиду, нежность… Меня невыносимо тянуло к Гиварусу, и я была не в силах сопротивляться. Я обняла его за шею и притянула ближе. Несильно укусила его за губу, и Гас издал тихий рык, сжав мою футболку в кулак и сплетая наши языки в сумасшедшем танце.

Не знаю сколько это длилось, но, когда мы отстранились друг от друга, оба тяжело дышали. Гас прислонился своим лбом к моему и прикрыл глаза, а затем отступил на шаг и сказал:

− Извини. Это всё… в общем, мне… захотелось.

Равнодушие, с которым были сказаны эти слова что-то сломали внутри меня.

− Захотелось? — переспросила я тихо.

А чего я, собственно, ожидала? Клятв в любви? Нет, я не настолько глупа, но в груди теплилась надежда, что мои чувства не безответны. Тогда как можно объяснить его поведение? То он рычит на меня, то целует. В одну минуту ведёт себя так, будто я величайшая драгоценность, в другую — будто я совершенно ничего не значу. На перемены в его настроении и поведении у меня уже появилась аллергия. И как понять, когда он настоящий, а когда притворяется? И зачем Гас притворяется? Почему просто не сказать мне правду?!

Гиварус кивнул.

Ярость, подстёгиваемая обидой и неоправданными ожиданиями, накатила на меня сродни цунами, накрывая с головой. Язык так и чесался крикнуть вампиру, чтобы он оставил меня в покое и больше никогда не приближался, но я понимала, что во мне говорили эмоции и на самом деле я этого не хотела.

− Захотелось, − повторила я и с горечью покачала головой, каря себя за наивность.

Не сказав больше не слова, я развернулась и дошла до комнаты.

Демоновы слёзы жгли глаза, но я не позволила им сорваться с ресниц и поклялась, что больше не пророню ни слезинки из-за ерунды. А по сравнению со смертью госпожи Жизель, мой разбитое сердце− самая настоящая ерунда.

Внутри меня ждал сюрприз в виде разлегшегося на кровати саакришца, который играл с Кирей в шахматы. При моём появлении мужчина поднялся и тут же нахмурился, заметив выражение моего лица.

− Что ты тут делаешь? — поинтересовалась я, прежде, чем он начал задавать вопросы.

− Тебя жду. Не мог же я не проверить, как ты себя чувствуешь после всего…и вижу, что не зря зашёл. Ещё что-то случилось?

Сначала я хотела отмахнуться, но вдруг передумала и начала рассказывать. Меня будто прорвало, слова и переживания полились из меня водопадом.

− Захотелось? — фыркнул Витор, выслушав мой сбивчивый рассказ.

Мне хотелось кричать, топать ногами и лить слёзы, но я спокойно лишь кивнула, в который раз прокручивая в памяти поцелуй.

− Вот упырь не доделанный! — ругнулся саакришец и внезапно обнял меня. Моя щека прижалась к его груди, и мужчина стал медленно поглаживать меня по голове. — Али, я тебе как мужчина говорю, ты этому вампиру небезразлична. Но его странное поведение меня настораживает, так что может ты лучше обратишь внимание на дракона? Он выглядит порядочным парнем и на тебя смотрит как на величайшее сокровище…

− Витор, только не надо сводничать, − поморщилась я. — Давай лучше о чём-нибудь другом поговорим.

Вздохнув, я отстранилась от мужчины, в объятьях которого чувствовала себя в полной безопасности. И при этом никаких романтичных чувств к Витору я не испытывала, как и он ко мне.

Пусть у них с мамой и не получилось сбежать в тот страшный день, и я не росла вместе с саакришцем, но он был для меня родственной душой, тем кому я без страха могла рассказать всё, что меня терзало.

− Ладно-ладно, − мужчина улыбнулся и, будто прочитав мои мысли, сказал: − знаешь, я помню один день, когда я очень сильно плакал из-за папы. Я боялся, что король убил его. Когда я рассказал об этом твоей маме, то она ночью через потайной ход вывела на меня крышу дворца и указала на маленькие дома на горизонте. Нель сказала, что в одном из них она спрятала моего папу и скоро отведет меня к нему. Оставшуюся ночь мы провели там, под звёздным небом, строя планы на нашу жизнь после того, как мы сбежим.

− А ты пойдёшь с нами? — прозвучал в голове Витора его же голос, только ещё детский. Он помнил, как с надеждой заглянул в голубые глаза магини, ожидая ответа.

− Я не могу, − печально вздохнула женщина.

− Почему? — Витор поник, разглядывая их переплетенные пальцы.

− Мои родные могут пострадать из-за нашего побега.

− Король их убьёт?

Нель кивнула.

− А что, если взять твоих родных с собой?

− Король ни за что не оставит мою доченьку без охраны.

Витор с недоумением покосился на пока ещё незаметный животик магини.

− Но ведь если ты убежишь, он до неё не доберется!

Нель как-то грустно улыбнулась и положила ладонь на живот.

− Да, до неё он ни за что не доберется…