Читаем Поцелуй ведьмы. Часть 2 полностью

Почти все одной небоскрёбной внешности. Когда подъезжаешь к какому-нибудь американскому городу и он начинает только-только на горизонте проявляться, такое ощущение, что там, вдали показался гребень гигантского ерша.

Бостон — город особенный, от всех других городов Америки отличается в лучшую сторону. Он элитный, он виповский! Красивая река, своеобразная архитектура, и даже сохранились старинные здания, конечно, если судить о старине по американским меркам, согласно которым, XIX век — даже не антиквариат, а рудимент!



Бостон — город интеллектуалов, здесь один из лучших университетов в мире, различные научно-исследовательские институты… И очень много учёных из России. Сюда любят собираться самые известные светила в мире на конференции, проводятся встречи политиков, бизнесменов…Об одной такой встрече я и хочу рассказать.

У меня в Бостоне в 90-е годы был любимый отель «Ридженси Хайатт». Когда я в тот последний раз приехал в него из аэропорта, то первое, что мне бросилось в глаза — надписи в лифте по-русски «Не курить!». Я понял, что в отеле много наших, которые, как считают американские отельные менеджеры, не понимают, что означает «No smoking!». Думают, русские переводят эту надпись, как «Не ездить в лифте в смокинге!».

Портье принёс мои вещи в номер, я переоделся и поспешил на нижний этаж к бассейну, чтобы успеть зарядиться и встряхнуть свой организм перед концертом. Зашёл в лифт и увидел… Березовского с Немцовым!

— Боже! Какая встреча!

— У тебя что, здесь, концерт или к нам на форум? — спросил Борис Немцов, с которым мы были знакомы ещё по теннисному президентскому клубу.

Березовский со мной поздоровался весьма сдержанно. Явно был обижен на моё высказывание в «Московском комсомольце». Примерно за год до той встречи стали поговаривать, что в России может развиться новая волна антисемитизма. Тогда в интервью журналисту я сказал: «Не надо всех евреев стричь под одну гребёнку, к примеру, судить о Жванецком по Березовскому!»

Конечно, Березовскому моё интервью показали.

Я спросил у Бориса, который не Абрамыч, какой форум? Он ответил, что в Бостон съехались многие русские политики и бизнесмены.


Без комментариев.


Все остановились в «Хайатте». Уточнил, что сегодня как раз последний день конференции, вечером банкет в ресторане. Как он сказал: «Будут все!» Не настойчиво, но пригласил меня поучаствовать, как теперь принято говорить по-русски в «афте-пати». Я, естественно, согласился. Как я мог отказаться увидеть всех!

Но ещё более неожиданная встреча произошла у бассейна. Сначала довольно долго и внимательно на меня смотрел какой-то пожилой, по-плейбойски седой американец, достаточно спортивного телосложения — этакий постаревший Джеймс Бонд. Не скрою, меня чрезвычайно заинтриговало: почему я интересен американцу? Ведь в Америке о моём творчестве знают только наши эмигранты. А он слишком аристократичен для эмигранта. Точно американец! Причём образованный, не тупой… Глаза вдумчивые — из местных учёных что ли?

«Джеймс Бонд» перехватил мой удивлённый взгляд, ему, видимо, стало неудобно за своё бестактное любопытство, подошёл ко мне и на очень хорошем русском языке задал ошеломивший меня вопрос:

— Извините, вы Задорнов?

— Откуда вы меня знаете?

— Я возглавляю Департамент по изучению России в ЦРУ.

— Боже мой, раньше мне за такое общение с вами по возвращении на родину грозил бы расстрел или пожизненное.



«Джеймс Бонд» необычайно приветливо, по-голливудски улыбнулся:

— Слава богу, времена изменились!

— Откуда вы так хорошо знаете русский?

— Я много лет проработал в Советском Союзе военным атташе при американском посольстве.

— О! Главный резидент!

— Хотите комплимент?

— Кто ж не хочет получить комплимент от ЦРУ?

— Мы по вашим концертным записям изучаем психологию русских.

— За такой комплимент мне бы грозило два расстрела!

— Хорошо, согласитесь, что времена изменились?

— Но почему вы в Бостоне? ЦРУ вроде в Вашингтоне?

— Мы, — да-да, он так и сказал, нисколько не стесняясь, — МЫ проводим в Бостоне форум русских бизнесменов и политиков.

Я чуть в бассейн не свалился. Вот почему здесь были все березовские и немцовы! И впрямь времена здорово изменились, раз один из церэушных «Джеймс Бондов» не постеснялся мне, российскому гражданину, напрямую заявить, что это они организовали «учёбу» наших демократов и будущих олигархов.

— А вы у нас в очередной раз с концертами? — довольно искренне поинтересовался церэушник.

— Неужели в ЦРУ чего-то не знают? — я чуть не обиделся за такое наплевательское отношение к моей персоне.

— Знаете, я бы хотел сходить на ваш концерт. Пригласите?

— Как я могу отказаться пригласить агента ЦРУ на свой концерт? У меня, может быть, в жизни никогда больше такого случая не представится.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Славянский разлом. Украинско-польское иго в России
Славянский разлом. Украинско-польское иго в России

Почему центром всей российской истории принято считать Киев и юго-западные княжества? По чьей воле не менее древний Север (Новгород, Псков, Смоленск, Рязань) или Поволжье считаются как бы второсортными? В этой книге с беспощадной ясностью показано, по какой причине вся отечественная история изложена исключительно с прозападных, южно-славянских и польских позиций. Факты, собранные здесь, свидетельствуют, что речь идёт не о стечении обстоятельств, а о целенаправленной многовековой оккупации России, о тотальном духовно-религиозном диктате полонизированной публики, умело прикрывающей своё господство. Именно её представители, ставшие главной опорой романовского трона, сконструировали государственно-религиозный каркас, до сего дня блокирующий память нашего населения. Различные немцы и прочие, обильно хлынувшие в элиту со времён Петра I, лишь подправляли здание, возведённое не ими. Данная книга явится откровением для многих, поскольку слишком уж непривычен предлагаемый исторический ракурс.

Александр Владимирович Пыжиков

Публицистика
Отмытый роман Пастернака: «Доктор Живаго» между КГБ и ЦРУ
Отмытый роман Пастернака: «Доктор Живаго» между КГБ и ЦРУ

Пожалуй, это последняя литературная тайна ХХ века, вокруг которой существует заговор молчания. Всем известно, что главная книга Бориса Пастернака была запрещена на родине автора, и писателю пришлось отдать рукопись западным издателям. Выход «Доктора Живаго» по-итальянски, а затем по-французски, по-немецки, по-английски был резко неприятен советскому агитпропу, но еще не трагичен. Главные силы ЦК, КГБ и Союза писателей были брошены на предотвращение русского издания. Американская разведка (ЦРУ) решила напечатать книгу на Западе за свой счет. Эта операция долго и тщательно готовилась и была проведена в глубочайшей тайне. Даже через пятьдесят лет, прошедших с тех пор, большинство участников операции не знают всей картины в ее полноте. Историк холодной войны журналист Иван Толстой посвятил раскрытию этого детективного сюжета двадцать лет...

Иван Никитич Толстой , Иван Толстой

Биографии и Мемуары / Публицистика / Документальное