Читаем Поцелуй Кирэлла полностью

— Тогда я вздремну. Я уверена, ты разбудишь меня, когда будет нужно.

***

Кирэллу не понравилось, как Оз-ень повернулась к нему спиной, хотя на самом деле так было все это время. Но сейчас все было по-другому. Она словно ушла в себя, отстранилась от него, не отодвинувшись ни на дюйм, каким-то образом воздвигла стену между ними.

Он молча наблюдал, как напряжение постепенно покидает ее тело, пока она расслабляется и засыпает. Он снова причинил ей боль, на этот раз своими словами, и это не входило в его намерения.

Кирэлл позволил взгляду скользнуть по шрамам, которые покрывали ее спину. Выпустив когти из пальцев, он осторожно расположил их прямо над ее шрамами и нахмурился. Эти шрамы были созданы существом с тремя когтями.

Если бы она была Драгуном, его первой мыслью было бы, что на нее напал варанианец. Но она не была Драгуном. Так что она не представляла для них угрозы. У них не было бы причин причинять ей вред. Кроме того, ее хрупкое тело не выдержало бы такого нападения. Варанские когти разорвали бы ее на куски, как это делали молодые Драгуны, которые еще не могли принять драконью форму.

Нет, это не могли быть варанианцы, но если не они, то кто же тогда? И может ли это случиться с ней снова? Он почувствовал, как зверь коснулся его кожи, недовольно урча при этой мысли. Он хотел защитить Оз-ень.

Опасаясь, что он потревожит покой, в котором она так нуждалась, Кирэлл медленно поднялся и начал расхаживать по комнате.

Почему его зверь так себя ведет? Раньше такого никогда не случалось. Особенно когда Кирэлл был в Жаре. Во время Жара его зверь обычно оставался далеко в глубине, зная, что его появление может навредить женщине. А его дракон… его дракон не заинтересовался бы ни одной женщиной, которая не была бы его парой. Если его дракон появится, когда Кирэлл соединится с любой другой женщиной, он уничтожит ее.

Но в этот Жар его Монстр проявил себя. Он пришел в ярость, когда Оз-ень хотела убежать, а затем снова, когда Дэк прервал их. Монстр должен был взбеситься. Он должен был стать неуправляемым. И все же одним нежным прикосновением и ласковым словом Оз-ень смогла его успокоить.

Как такая маленькая женщина могла сделать это, когда даже взрослая женщина Драгун сбежала бы, столкнувшись с разъяренным боевым Монстром?

Только не его Оз-ень.

А его дракон?

С чего бы ему интересоваться женщиной, которая явно не его пара?

Кирэллу нужно было это выяснить, и если разговор о нем и его мире поможет, то он сделает это. Она все равно ничего не вспомнит.

Ведь так?

Кирэлл резко остановился, внезапно вспомнив, что она сказала. Осень не принимала болюс. Сможет ли целитель стереть ее воспоминания? Не причинив ей вреда? Он не знал, почему никогда не задумывался раньше о том, что изменение памяти может быть вредным для женщины.

Бонн дал бы им знать, если бы женщины пострадали… разве нет? В конце концов, они были человеческими женщинами. Но он ведь даже не проверил документы Оз-ени.

Передвинувшись, чтобы сесть в кресло, Кирэлл продолжал думать, наблюдая, как девушка спит. Он подпер подбородок руками, упершись локтями в колени.

Что будет с его маленькой Оз-енью, если ее воспоминания нельзя будет изменить?

Его маленькая Оз-ень? Она не принадлежала ему!

Звук крика, приглушенного плотно сжатыми губами, заставил взгляд Кирэлла метнуться к спящей девушке. Он увидел, как она дергается и дергается, и понял, что ей снится кошмар. Но что стало его причиной?

То, что оставило шрамы?

Или то, что он сделал с ней?

***

Осень мгновенно проснулась, но заставила себя оставаться абсолютно неподвижной, пока ее глаза осматривали комнату в поисках угрозы. Обнаружив, что здесь только Кирэлл, сидит и наблюдает за ней, она слегка расслабилась. Она не собиралась засыпать. Она ненавидела спать. Сон приносил кошмары, которые всегда были темными и страшными, наполненными воспоминаниями о боли и потере. Многие годы она была беспомощно поймана в ловушку этих снов, которые никогда не хотела бы видеть снова.

— Что?! — спросила она, защищаясь, откидывая назад упавшие на лицо волосы.

— Тебе приснился кошмар, — сказал он ей.

— Как скажешь.

— Расскажи мне, — потребовал Кирэлл.

— Нет.

— Ты мне не скажешь? — Кирэлл не мог в это поверить.

— Нет, я здесь не для разговоров. Помнишь? Просто чтобы трахаться.

— Знаешь, ты очень раздражаешь, — Кирэлл откинулся на спинку стула, раздвинув ноги, казалось, не обращая внимания ни на свою наготу, ни на вид, который ей открывался.

Осень так и не смогла хорошенько рассмотреть Кирэлла. Ладно, да, она видела его яйца и член очень близко, но на самом деле она не видела его всего, не сразу и не так, как сейчас.

Черт, он действительно был огромен.

Пытаясь загнать в угол свои странные мысли, Осень пожала плечами и села, стараясь вести себя так же безразлично к своей наготе, как Кирэлл — к своей. Как только она открыла рот, чтобы заговорить, в животе у нее заурчало, и Кирэлл вскочил на ноги.

— Что это было? — требовательно спросил он.

— Что? Рычание? — спросила она.

— Да! У тебя есть свой Монстр?