— Не будем шуметь, — сказал грузный человек ворчливо. — Мы вас не знаем, вы силой сюда ворвались, и, если вы джентльмен, то сейчас же удалитесь.

— Я не джентльмен, — ответил спокойно Сноу, — я принадлежу к вашему кругу… Сколько он проиграл?

Один из игроков указал глазами на угол стола. Там лежала кучка денег. Сноу невозмутимо сгреб их в карман.

— Я хотел найти здесь своего друга, — сказал он, — а теперь вынужден смотреть на то, что вы с ним сделали.

Он обернулся и посмотрел на присутствующих.

— Фу, как нехорошо! Я возьму его с собой, — заявил он.

Одним движением сильной руки он поставил юношу на ноги.

— Стой!

Ламбэр преградил ему путь.

— Вы оставите его здесь и немедленно удалитесь!

Ответ Сноу был весьма решительным. Свободной рукой он схватил кресло, размахнулся и швырнул его в окно.

Кресло вышибло стекла вместе с рамой. Затем оно с грохотом упало на мостовую, вызвав трели полицейских свистков.

Стоявший у двери Ламбэр быстро открыл ее.

— Вы можете идти, — прошипел он, — но я вас припомню…

— Если вы этого не сделаете, — ответил Сноу, держа одной рукой молодого человека, — я подумаю, что у вас очень скверная память!

Глава 3

У Сноу было 86 фунтов и 10 шиллингов — вполне приличная сумма.

В пять часов он был приглашен к Цинтии Сеттон на чай. Сперва он собирался вручить ей самой деньги брата, затем решил переслать их анонимно. Так или иначе вопрос был решен.

В настоящее время Сноу, развалясь в удобном кресле небольшого номера гостиницы «Бломсбери», курил сигару и читал занимательную книжку. Он был счастлив. Ноги его отдыхали на стуле, тиканье часов на камине звучало, как нежная музыка — вся обстановка располагала к мечтательной неге. Его душевному состоянию мог бы позавидовать не один полезный член общества.

В это время постучали в дверь.

Хорошенькая горничная принесла на подносе визитную карточку. Сноу прочел вслух: «Джордж Уайтей» и кивнул…

Уайтей был одет тщательно. Шелковый цилиндр и лайковые перчатки должны были придать его внешности вид джентльмена. Он улыбнулся Сноу, положил цилиндр на стол и стал снимать свои желтые перчатки.

Сноу, вертевший в руках его карточку, благосклонно смотрел на него.

— Чем могу служить, дорогой мой Уайтей? — спросил он.

Уайтей сел, расстегнул пальто и поправил манжеты.

— Вы мистер Сноу?

У него был очень высокий голос, резкий и писклявый.

Сноу утвердительно кивнул головой.

— Дело в том, дорогой мой, — сказал вкрадчиво посетитель, — Ламбэр желает соглашения, участия и… ну…

— Кто такой Ламбэр? — спросил Сноу.

— Давайте поговорим, дорогой мой, — Уайтей дружелюбно похлопал его по плечу, — будем откровенны… Мы разузнали, что вы старый арестант, что вас три дня тому назад выпустили из тюрьмы, не так ли?

Он с торжествующим выражением лица откинулся на спинку кресла как человек, открывший сокровенную тайну.

— Так, — ответил Сноу спокойно, — хотите сигару?

— А затем вы решились на крайность… Мы не сердимся, мы не обижаемся на вас за это, и мы не хотим мстить… Видите, мы знаем вам…

— Вас, — поправил его Сноу. — Продолжайте.

— Вы очень остроумно проникли в клуб… М-да, ничего не скажешь, остроумно… Но не об этом речь… И не о деньгах…

Он выразительно подмигнул.

— И не о деньгах, — повторил он.

Сноу поднял брови.

— О деньгах? Вы имеете в виду те, что проиграл…

— И не только, — тихо и выразительно произнес Уайтей. — Около тысячи фунтов лежало лишь на одном столе Ламбэра, не говоря уже о других. Деньги лежали на столах, когда вы вошли. Но их не оказалось, когда вы вышли…

Сноу улыбнулся с чисто английским терпением.

— Разрешите вам напомнить, что среди присутствующих я был не единственный непорядочный человек.

— Ну, покончим с этим, — продолжал Уайтей. — Ламбэр не собирается вас преследовать.

— Благодарю! — улыбнулся Сноу.

— Он не хочет вас преследовать. Все, что он хочет от вас, это чтобы вы оставили в покое молодого Сеттона. Ламбэр говорит, что и думать нечего выжать деньги от этого Сеттона. Здесь речь идет о гораздо большем. Ламбэр говорит…

— О, этот невозможный Ламбэр! — возмутился Сноу. — Он разговаривает, как атаман сорока разбойников! Возвратитесь к своему господину, раб, и передайте ему, что Али-Баба-Сноу не расположен заключать с ним никаких соглашений!

Уайтей вскочил на ноги. Он побледнел, глаза его сузились, а руки нервно дрожали.

— О, вы… вы знаете в чем дело? — пробормотал он. — Я говорил Ламбэру, что вы все знаете…

Он, к удивлению молодого человека, предостерегающе поднял палец.

— Берегитесь, Сноу! Сорок разбойников и Али-баба, да? Итак, вы все знаете? Кто вам это рассказал? Я говорил Ламбэру, что вы человек, который слишком много знает!

Уайтей схватил свой цилиндр, машинально вытер его рукавом своего пальто и направился к двери.

Здесь он задержался, как бы обдумывая последний ход.

— Одно я хотел бы вам еще посоветовать, — процедил он наконец, — а именно: если вы из этого дела хотите выйти живым, поговорите с Ламбэром — он честно с вами поделится, если вы раздобудете план, принесите его Ламбэру. Вам от него никакой пользы… Ведь компас у Ламбэра, а Ламбэр говорит…

— Пошел вон, — негромко сказал Сноу.

Уайтей вышел, хлопнув дверью.