Читаем Потерянный принц полностью

Я сделал глубокий вдох, меня наполнили злость и страх. Нет, я не могу этого сделать. Если я войду, Они увидят, как я говорю с Кензи, и используют ее, чтобы добраться до меня. Я не знаю, что Им нужно, но ни за что не втяну в свою опасную, запутанную жизнь еще одного человека. Повтора не будет.

Выпустив ручку, я отступил и пошел дальше по коридору. Я чувствовал, что существо следует за мной, и, завернув за угол, услышал, как приоткрылась библиотечная дверь. Я не оглянулся.

Я вышел на парковку, но к своей машине не повернул. Я мог оторваться от существа, забравшись в пикап и поехав домой, но тогда не получил бы ответа на вопрос, почему оно преследует меня. Поэтому, пройдя ряды машин, я направился к футбольному полю. К счастью, оно сегодня пустовало. Никаких тренировок, орущих тренеров, врезающихся друг в друга в защитных костюмах качков. Что бы сделали Кингстон со своими дружками, увидь они, как я прогуливаюсь по их газону, открыто демонстрируя этим, что плевать я на них хотел? Наверное, они бы попытались тут же меня и зарыть. Интересно, видит ли кто меня, и если видит, скажет ли квотербеку, что я в переносном смысле помочился на его территорию? Эта мысль вызвала у меня усмешку, мне даже захотелось остановиться и сделать это в буквальном смысле. Но меня ждали дела поважнее, и мериться пиписьками с Кингстоном в них не входило.

Я остановился за трибунами, у ограждения, отделяющего поле от деревьев — в прохладе и тени. Жаль, что у меня не было с собой ножа, острого, металлического и смертельного, который можно использовать против того, что ко мне приближалось. Но меня уже ловили с ножом, и это принесло мне массу проблем, поэтому я оставил его дома.

Я ждал, прислонившись спиной к ограде.

Что-то мерцающее, едва заметное на солнце, обошло трибуны. И хотя день был в самом разгаре, а света было достаточно, мне вдруг стало холодно. Меня будто осушили, лишив мыслей и эмоций, оставив лишь пустую оболочку.

Дрожа, я, окаменело, смотрел на нечто, парящее в нескольких футах от меня. Я никогда раньше не видел таких фейри. Это не нимфа, не ши, не боггарт и не дриада. Не то чтобы я был экспертом в различных видах фейри, но все же я видел больше, чем другие люди. И это существо было… странным.

Оно было ниже меня на целый фут и настолько худым, что было непонятно, как это создание держится на ногах. Сами ноги внизу утончались до размера иглы, и создавалось ощущение, что существо передвигается на зубочистках. Лицо его было заостренным и тонким, как и пальцы, казалось, способные распороть кожу. Из-за костлявых изломанных плеч торчали подобия крыльев. Существо зависло в паре дюймах от поверхности, словно сама земля не хотела прикасаться к нему.

Несколько секунд мы молча смотрели друг на друга.

— Ладно, — сказал я ровным голосом парящему над землей жуткому фейри. — Ты последовал за мной сюда — очевидно, хочешь что-то сказать. Какого черта тебе нужно?

Оно медленно моргнуло своими огромными многогранными, как у насекомых, глазами, и я увидел в его взгляде сотню своих отражений. Лезвиеподобный рот существа открылся, и оно выдохнуло:

— Я принес предупреждение, Итан Чейз.

Я еле сдержался, чтобы не отпрянуть от отвращения. Было что-то очень… неправильное… в этом существе. Оно словно было не отсюда, не из реального мира. Все фейри, которых я когда-либо видел, даже Железные, все же были частью реальности и просто перемещались из нашего мира в Их Небывалое. Это же нечто… такое ощущение, что оно никак не могло синхронизироваться с нашим миром. Оно так мерцало и расплывалось, будто все еще находилось где-то не здесь. Будто еще не обрело полностью свое тело.

Фейри поднял длинный, костлявый палец и указал им на меня.

— Не вмешивайся, — прошептал он. — Не впутывайся в то, что вскоре будет происходить вокруг тебя. Это не твоя битва. Нам не нужны проблемы с Железным двором. Но если ты влезешь в наши дела, человек, то подвергнешь риску тех, кто тебе дорог.

— В ваши дела? Да что вы вообще такое? — хрипло спросил я. — Вы же, как я понимаю, не из Благого и Неблагого дворов.

Похожий на узкую щель рот изогнулся — должно быть, в улыбке.

— Мы — ничто. Мы забыты. Никто не помнит ни наших имен, ни того, что мы когда-то существовали. И ты тоже должен забыть о нас, человек.

— Угу. Значит, ты так старательно убеждал меня в своем существовании, преследуя и угрожая моей семье, чтобы сказать, что я должен о тебе забыть?

Фейри сделал шаг назад, паря над землей.

— Это предупреждение, — повторил он и бросил что-то к моим ногам, что-то маленькое и серое. — То же самое случится с тем, кто посмеет вмешаться, — прошептал фейри. — Наше возвращение только началось.

Я присел на корточки, все еще опасливо поглядывая на фейри, и взглянул на то, что лежало на земле.