Читаем Потерянные боги полностью

– А теперь попробуй-ка это. – Эдо показал Чету пару простых обманных движений. – Искусство фехтования – это искусство обмана. Сбей противника с толку, направь его туда, куда тебе нужно, и воспользуйся преимуществом.

Они потренировались еще, повторяя новые движения. Эдо явно был очень доволен тем, как у Чета идут дела.

– Помни: победа – не твоя задача. Твоя задача – уклоняться, спасаться, отражать удары и выживать. Выживи – и свобода твоя.

Краем глаза Чет вдруг заметил Тренера. Тот направлялся к ним с обломком древка в руке. Чет резко развернулся, держа собственное оружие наготове.

– Держись от меня, на хрен, подальше.

Тренер остановился, опустил свою палку.

– Не хочу умереть здесь, внизу.

Чет не пошевелился.

Тренер нахмурился.

– Я хотел бы потренироваться с вами, ребята.

Эдо посмотрел на Чета.

Чет открыл было рот, чтобы послать Тренера куда подальше, но тут увидел его глаза. Было в них что-то – может, отчаяние. Но гнева не было, и враждебности тоже – уж точно не по отношению к ним.

– Мама у меня в Лете, – сказал Тренер. – Мне бы только ее повидать. Ну, хотя бы раз.

– Трое – хорошая комбинация для защиты, – сказал Эдо.

Чет вздохнул и медленно опустил палку.

– Черт… Ладно.

Эдо улыбнулся.

– Вот и хорошо. – Он поставил их рядом, и еще раз показал основные движения, добиваясь от каждого хорошего результата.

– Ладно, – сказал Эдо. – Тренер, я хочу, чтобы ты постарался коснуться Чета мечом. Готовы?

Оба кивнули.

– Давай.

Тренер начал с нижнего выпада, сфинтил, закончил верхним, обошел защиту Чета и достал его в плечо – сильно.

– Твою мать, – взвыл Чет. – Это называется «коснуться»? Он сказал «коснуться», ты, задница!

Тренер ухмылялся до ушей.

– Завтра, – сказал Эдо, – они будут бить гораздо сильнее. Так… Твоя очередь, Чет.

Чет стиснул палку.

– О, да!

Улыбка Тренера потускнела. Он плавно перетек в одну из позиций, показанных им Эдо. Но на этот раз досталось и ему: Чет нанес ему хлесткий удар по шее. Так оно и пошло: выпад, удар, защита, каждый старается перещеголять другого. Эдо то подначивал их, то показывал, как уворачиваться от каждой конкретной атаки или отбивать выпады, как читать противника и предугадывать его действия. Через некоторое время он обратился к приемам групповой защиты – рассчитанным на троих комбинациям, призванным сбить с толку агрессивного противника.

Они продолжали тренироваться, попарно, схватка за схваткой, комбинация за комбинацией. Чет окунулся в это занятие с головой – он рад был чем-то себя занять. Вскоре он научился предугадывать атаки Тренера; в движениях появился автоматизм, и Тренеру стало сложнее пробиваться сквозь его защиту. Вокруг них собралось еще несколько душ, посмотреть, но, по большей части, люди держались поодиночке; они сидели или лежали, отстраненные, с пустыми лицами.

Через несколько часов Эдо поднял руку.

– Пока достаточно. Нам нужно отдохнуть.

Только тут Чет заметил, что свет больше уже не пробивается сквозь решетку в потолке.

Они нашли местечко подальше от остальных и сели на пол, привалившись к стене; Тренер примостился рядом с Эдо. Долгое время они просто сидели так и молчали, вслушиваясь в шорох капель, срывавшихся с потолочных решеток. Первым нарушил молчание Тренер.

– Эдо, а ты был когда-нибудь в Лете?

– Да.

– Мне сказали, туда приходят души, когда хотят покончить со всем. С этой жизнью, или как там оно называется. Это правда?

– Да, это так.

Тренера явно что-то беспокоило.

– Моя мать, она вроде как должна быть там. Это мне женщина одна сказала, кроведунья, еще в Стиге.

Эдо кивнул.

– Многие души уходят в Лету.

– Я… я просто надеюсь, что еще не слишком поздно… Мне нужен хотя бы один шанс попросить у нее прощения. Это я виноват, что она умерла, – добавил он хрипло.

Чет глянул на Тренера. Тот сидел, уставившись куда-то вдаль, сдвинув брови.

– Мне всего десять было, когда это случилось, но я все равно должен был что-то сделать. Хоть что-нибудь. Но я… не сделал ничего. – Он прочистил горло. – Он бил ее. Мой папа. Посмотришь на него, так никогда и не подумаешь, что он на такое способен. Худой, в очках, работал в «Сирсе» бухгалтером. Даже не пил. Но, бывало, слетал с катушек. Из-за пустяка, мелочи какой-нибудь. Это-то и было хуже всего. Никогда не угадаешь.

У меня был день рождения… Только мы втроем, больше никого. Сидим вокруг кухонного стола. Мама торт испекла. Долго его украшала. Сделала футбольный мяч из глазури и надпись: «Ларри – победитель!».