Читаем Поступь битвы полностью

«Ещё бы! Интересно: он сразу поинтересуется душевным здоровьем отправителя или попросит присоединиться к беседе кого-нибудь третьего, чтобы убедиться в высокой заразности дочкиных галлюцинаций?»

— …и хочу узнать детали. В первую очередь то, какие меры ты уже приняла.

«Неужели отец поверил? Вот так, без доказательств, вернее, с весьма зыбкими доказательствами, полученными по пси-связи? Что-то слишком быстро. А вообще — не станем делать поспешных выводов…»

— Присутствующие на базе оповещены. Я подготовила беспилотный транспорт для передачи сообщения. Попытаемся войти с гостями в контакт. Пока это всё.

— А планы эвакуации базы на случай, если случится худшее?

— Этим занимается генерал Мич. Не моя компетенция. Но…

— ?

— …но быстро эвакуироваться мы не сможем. В проколе наши корабли легко оторвутся от армады чужаков, вот только сейчас в окрестностях нет наших кораблей. Если случится худшее, придётся драться.

Обычно непроницаемо-строгое, лицо Энара Итиари Морайя смягчилось.

— Если твои предчувствия оправдаются, дочь, скажи всем, кто тебе поверит: корабли будут. И не только для эвакуации. Вам надо продержаться всего 47 мири-циклов, не больше. Помощь уже в пути. Береги себя и всех своих. До встречи.

Сеанс пси-связи закончился прежде, чем Сарина успела попрощаться. Энар сознавал разницу в их возможностях и не хотел выматывать дочь сверх необходимого.

— Ну и ну, — прошептала она себе под нос. Встряхнулась — и скомандовала перепрограммированному транспорту взлёт.

В комнате отдыха инструкторов было не протолкнуться. Слухи скакали туда-сюда, как блохи, и в воздухе стоял сдержанный гул. Музыку выключили: расслабляющая сейчас была бы некстати, её бы просто никто не слышал, а нагнетающая напряжение… Полно, куда уж больше?

Пуля, Стручок, Молот и Посох сидели за одним столом. Ожидание томило, поэтому они молчали. Стручок, набычась и глядя вниз, катал по скулам желваки. Молот с унылым видом разглядывал выдыхающийся сайгр. Пуля терзал свой электронный планшет, пытаясь, видимо, выловить в сети базы хотя бы намёк на свежую информацию. И только Посох был спокоен. Настолько спокоен, что его вид прямо-таки диссонировал с видом соседей по столу.

— Ага, — сказал он так неожиданно, что Стручок едва не подпрыгнул на месте.

— Что?

— Пуля, оставь в покое технику. Сейчас нам пресекут домыслы в лучшем виде. И в реальном времени к тому же.

Посмотрев в сторону входа, старожилы заметили Миреску. Сопровождаемая парой рядовых, она лично тащила самый главный и самый хрупкий элемент большого голопроектора, периодически покрикивая: «В стороны! Дорогу!» Виирай охотно расступались. Все отлично понимали, что это для них стараются.

— Чудо-женщина, — буркнул Пуля. — Аж рядом стоять боязно.

— Если уж дрожать, то рядом с её подружкой, — заметил Молот.

— Да я не о том.

— А о чём?

Пуля не ответил.

— Я знаю Миреску уже не один хин-цикл, — неожиданно сказал Посох. — И я тебя понимаю. Ласкис бы не понял, но его можно не принимать в расчёт.

— Ты уверен?

Посох кивнул.

— Ласкис Тиррай, во-первых, слишком прост, а во-вторых, не стремится превзойти себя. Если о первом Миреска ещё могла бы забыть, то списать второе она никогда не сможет. Ей нужен кто-то, понимающий её восторг и страх перед ликами будущего.

— Вы о чём вообще? — нахмурился Стручок.

На него не обратили внимания.

— А ты сам, Посох? — спросил Пуля.

— Имел виды, признаюсь. Поначалу. Но я знаю Миреску не один хин-цикл. И я трезво оцениваю свои возможности. Теперь я восхищаюсь ею ещё больше, чем раньше, но не как женщиной, а как образцом. Что ни говори, рядом с ней действительно немного боязно.

— Прежде всего за себя.

— Угу. А ещё она обыгрывает меня в мемарр.

Пуля и Посох обменялись улыбками.

На почве любви к мемарру эта пара в своё время и сошлась. Пуля был рад обрести ещё одного сильного соперника, у которого можно многому научиться, а Посох… Ну он просто по-иному относился ко всему, связанному с любимой игрой. Пусть даже связанному косвенно. Старший лейтенант был настоящим фанатом, он держал в голове детали даже не сотен, а тысяч партий и мог говорить о мемарре юл за юлом.

Его высказывание насчёт Мирески нельзя было понимать буквально. Пуля знал, что Посох играет лучше неё. Выигрывает три партии из четырёх. Но если учесть диспропорцию в том, сколько сил и времени отдавала мемарру она и сколько — он, Миреска действительно обыгрывала его. Причём с разгромным счётом.

— Слушай, Пуля, — неожиданно сощурился Молот. — Ты ещё принимаешь ставки?

— Смотря на что.

— На чужаков.

— В каком смысле?

— Ну, например, на то, как они выглядят.

Глаза мужчин разгорелись. Даже Стручок оживился.

— И на что ты ставишь?

— Чужаки маленькие, синекожие и узкоглазые, — быстро сказал Молот. — Десятка.

— Принято. — Пуля быстро сделал в своём планшете пометку.

— Большеглазые и высокие, — выдвинул свою версию Посох. — Привыкли к пониженной гравитации, сложение хрупкое. Тоже десятка.

— Принято.

— А по мне, они вообще на виирай не похожи.

— В каком смысле — не похожи?