Читаем Последний орк полностью

Но Роби снова не могла позволить себе делать то, что хочется. Были другие, совершенно неотложные дела. На ее пути возник церемониймейстер. Город был в сравнительной безопасности, но населению грозил голод. Введя строжайшую экономию, можно было протянуть около месяца, но этот месяц был бы не из приятных. Все запасы масла, зерна, фасоли, гороха и кукурузной муки были сожжены. Оставалось лишь то, что каждая хозяйка держала в доме про запас: вяленое мясо, изюм, мед, мука, но в небольших количествах. Пустив на жаркое лошадей прибывших на подмогу кавалеристов, они, может, протянули бы месяца полтора, но это грозило недовольством со стороны самих кавалеристов, которые, похоже, не были примером дружелюбия и бескорыстия.

Королева приказала пересчитать всех горожан и беженцев, особо отмечая число маленьких детей в семье, и составить опись всех кур, гусей и голубей в городе, вплоть до последнего желторотого птенца. Они должны опустошить все кладовые. Они могут есть бабочек, летучих мышей, пауков. Пусть каждая хозяйка, если у нее есть хоть немного меда, научится засахаривать тараканов: если они довольно жирные, то представляют собой хоть какую-то пищу, а в Далигаре они еще какие жирные. Насколько Роби помнила, подземелья дворца кишели крысами — фаршированные сухими каштанами крысы, она уверена, стали бы настоящим лакомством. В фонтанах знати плавали золотые рыбки, которых придворные забыли, сбегая из города, так же как и своих невыносимых попугаев, уже надоевших всем своим галдежом. Пусть людям раздадут луки и научат стрелять. Это могло бы пригодиться, если бы защита города пала, а сейчас это давало возможность разнообразить пищу горожан мясом чаек. На севере окружение было прорвано. Прибывшие к ним кавалеристы капитана могли бы делать короткие вылазки на северный берег, прочесывая местность, чтобы не допустить нового окружения, и заодно охотиться там. Судя по их рожам, они не должны были заблудиться в лесу или расчувствоваться перед диким кабаном и не нуждались в помощи какой-нибудь доброй феи, чтобы найти дорогу домой.

— Госпожа, — снова взялся за свое церемониймейстер, — самое ужасное, что у нас не хватает воды. Колодец почти пустой, а речная вода настолько грязна после орков, что пить ее опасно.

Розальба онемела: нехватка воды была неразрешимой проблемой. Недаром орки прилагали столько усилий, чтобы сделать ее непригодной для питья.

Тут Джастрин подал голос.

— Воду можно очистить, — объяснил он, — воду можно очистить огнем.

Йорш рассказывал ему об этом. Он даже рисовал ему на песке схему каких-то странных приспособлений, используемых для этой цели. Джастрин видел такие в комнате, где делали духи.

— Реторты? Дистилляторы? — переспросил церемониймейстер.

Да, именно они, так они и назывались.

Розальба возблагодарила небеса за то, что они дали ей Джастрина, и за то, что дали ему такую память, такое мужество, такую смелость. Мальчик тоже сражался — тем, чем мог. Слабость его ног не мешала величию его духа, Йорш был прав: за Джастрина стоило биться, как за родного сына.

Розальба провела остаток дня с Джастрином и церемониймейстером, и еще до наступления ночи им удалось понять, как работают дистилляторы и реторты. Пусть невыносимо медленно и ценой всех имевшихся в их распоряжении дров, но теперь они могли очищать речную воду. Если они будут экономить каждую каплю и если им хоть иногда будет везти с дождем, они смогут противостоять и жажде.

Когда Розальба наконец добралась до своих покоев, Эрброу уже давно спала, и мать не смогла перемолвиться с ней ни словом. Комендант королевского дворца объявил ей, что девочка поужинала, и подал ужин самой королеве: «Поднебесный заяц с изюмом и кедровыми орешками, поданный на ложе из тонкого лука», как сообщил ей комендант. Возле белоснежной тарелки с золотой каемкой лежали небольшой нож и малюсенькие серебряные вилы — Розальба с интересом смотрела на них, поднося еду руками ко рту и гадая, для чего же нужны эти странные инструменты. До этого мгновения она совсем не задумывалась о том, насколько сильным был ее голод — неутоляемый голод женщины, которая ждет ребенка.

«Поднебесный заяц» почти наверняка был самым вкусным из всего, что она ела в своей жизни. Розальба сказала об этом коменданту, и тот радостно улыбнулся ей в ответ.

— Где же вы взяли летучих мышей? — спросила Роби с набитым ртом. — И как вам удалось так засахарить их крылья?