Читаем Последний караван (СИ) полностью

Тару не обращает внимания, он созерцает море. Никогда раньше не видел. Море большое, на гребнях волн солнечные блики.

Счастливая физиономия Тару. У него за спиной, как бы переминаясь с ноги на ногу, перемещается Юнъян, медленно приближаясь к царевичу. Шаг, еще шаг. Сапожки мальчика, камушки из-под подошв. Спина Тару. Рука Юнъяна, он сжимает и разжимает пальцы. Снова камушки из-под ног. Юнъян начинает поднимать руку, медленно, осторожно. Лицо его каменеет, в глазах решимость.

Тут Тару стремительно вытягивает руку вперед, кричит:

- Смотрите, смотрите, там морской змей! - и слегка подпрыгивает от нетерпения.

В волнах то ли что-то и правда есть, то ли мерещится. Блики.

Камушки из-под ног, подошва соскальзывает. Крик Сосоно:

- Тару, осторожно!

Чжан:

- Господин!..

Все подаются вперед, заглядывают за край обрыва.

В воду с шумом и брызгами падает человек, волны смыкаются.

Ужас на лице Сосоно.

Юнъян, на миг замешкавшийся, смотрит на свои руки с выражением недоумения - как так, я же только собирался толкнуть... - потом кидается вперед и прыгает в море вслед за упавшим мальчиком.

Через долгое мгновение прыгает еще один человек.

Под водой. Мальчик, не сопротивляясь, погружается в глубину.

Удар об воду, изображение качается, и мы видим Юнъяна, он мощными гребками быстро приближается к тонущему. Подплывает. Хватает мальчика за плечи и с силой толкает его вниз - еще глубже, глубже, на дно. Провожает его взглядом, отталкивается от воды ногами, начинает подниматься вверх.

Снова удар об воду, снова всё качается, и в кадр стремительно вплывает Чангу, устремляется к Тару. Юнъян видит его, на лице угрюмая злоба. Разворачивается и снова ныряет.

Следующий кадр - оба охранника вместе выталкивают Тару к поверхности.

Камни на морском берегу. Чангу опускает мальчика на большой плоский камень. Тяжело дыша:

- Молодой господин, очнитесь... очнитесь, молодой господин...

Юнъян топчется рядом, вид встревоженный, но мы подозреваем, что он притворяется.

По камням, спотыкаясь и оскальзываясь, бегут люди из каравана, впереди начальник охраны, Сосоно и слуга Чжан. Добегают до Тару. Чжан причитает, Сосоно падает на колени, окликает мальчика. Начальник охраны Юнхан:

- Позвольте, госпожа.

Поворачивает Тару на бок и довольно сильно стукает его кулаком между лопаток. Тару содрогается, изо рта течет вода. Кашляет. Открывает глаза.

Чжан, вне себя от облегчения:

- Молодой господин, вы смерти моей хотите!

Сосоно:

- Замолчи. Поднимай молодого господина, его нужно переодеть и согреть.

Чжан, вполголоса продолжая причитать, взваливает царевича себе на спину.

Сосоно встает, смотрит на Чангу и Юнъяна. Говорит:

- Вечно буду благодарна.

И кланяется в пояс.

Чангу, растерянно:

- Госпожа!

Юнъян:

- Что вы, разве можно...

Сосоно выпрямляется и спешит вслед за Чжаном. Все устремляются за ней.

Юнъян мешкает, дожидается, когда все пройдут мимо него. Смотрит вслед. С досадой плюет себе под ноги.

Лагерь каравана, шатер Сосоно. В шатре под толстым одеялом лежит Тару. Рядом хлопочет слуга Чжан, утирает мальчику лоб влажной тряпицей. Тару порывается сесть. Чжан, сурово:

- Даже и не думайте, молодой господин.

Тару:

- Да со мной все в порядке, Чжан! Дай я встану!

Чжан:

- Лежите! Госпожа приказала. Извольте слушаться.

Откидывая полог, входит Сосоно.

- Лежи, горе мое. Это тебе наказание. До завтра будь добр не вставать.

Тару:

- Ну бабушка!

Сосоно, сверкнув глазами:

- Никаких "ну", молодой человек. Сегодня ты чуть не лишил Пэкче наследника престола, причем исключительно по собственной глупости.

Тару, ворчливо:

- Подумаешь, Пэкче-то без наследника не останется, у меня еще два брата...

Сосоно, гневно:

- Замолчи, бессовестный! Если царевичи будут падать с каждой скалы, твоему отцу понадобятся не три, а тридцать три сына, и как бы еще не оказалось мало! Лежи, я сказала, и изволь выпить лекарство, которое тебе варит Чангу. Нам только простуды не хватало.

Тару:

- Бабушка!

Сосоно грозно сводит брови и поджимает губы. Разворачивается и выходит из шатра.

Чжан, примирительно:

- Давайте, я вам сказку расскажу.

Тару вздыхает.

- Расскажи. Расскажи, как дедушка вылупился из золотого яйца.

Чжан:

- Хорошо. Слушайте. В Пуё, что на севере, правил старый царь Хэбуру, и не было у него детей...

Лагерь каравана. Горит костер. У костра сидят Сосоно и начальник охраны Юнхан.

Юнхан:

- Госпожа, ваш внук, видно, в прошлой жизни прогневил богов.

Сосоно:

- Не знаю, кем был мой внук в прошлой жизни, но в этой он взялся меня доконать. Наверное, это я прогневила богов, и теперь мой внук притягивает несчастья.

Юнхан:

- Я прикажу Чангу и Юнъяну не отходить от него ни на шаг.

Сосоно:

- Так и сделай.

Молчат. Юнхан подкидывает в костер несколько веток.

Сосоно, глядя в огонь:

- Я была глупа и недальновидна. Не нужно было тащить Тару в это опасное путешествие.

Юнхан:

- Когда выйдем в Когурё, будет поспокойнее.

Сосоно:

- Угу, если наш талантливый мальчик не угодит в передрягу на ровном месте. Он, кажется, способен свернуть себе шею, надевая шапку.

Юнхан:

- Госпожа, осмелюсь заметить, что пока он жив и здоров, только воды наглотался. Может быть, ему, наоборот, везет.

Сосоно, вздохнув: