Читаем Последнее убийство полностью

Потом он увидел, что это женщина, Марион.

— Куда ты? — закричал Лео.— Уходи отсюда, Марион! Ради бога, вернись, Марион!

Казалось, она не слышала его. Она поднялась к ним и стала рядом.

Бад почувствовал ее взгляд. Ноги его снова задрожали. Если бы только у него был пистолет!

— Марион!—закричал он,— Останови их! Они сошли с ума! Они пытаются убить меня! Останови их! Они тебя послушают! Я могу тебе все объяснить про этот список! Клянусь тебе, я не лгал...

Она молча смотрела на него.

— Почему ты сразу не сказал мне о Стоддарде?

— Я люблю тебя! Клянусь богом, я люблю тебя! Я признаюсь, что сперва думал о деньгах, а потом полюбил тебя! Ты же знаешь, что я не лгу!

— Откуда мне знать?

— Я клянусь тебе!

— Ты уже много раз клялся! — Она положила обе руки на плечи мужчинам.

— Марион! Ты не сделаешь этого! После того как мы...

Пальцы ее сжали их плечи.

— Марион,— умолял он.

Внезапно он вспомнил о вагонетке.

— Помогите! — закричал он.— Помогите!

— Плавильня — шумное место,—повторил Лео. И он сделал шаг вперед. Гант тоже шагнул вперед. Марион последовала за ними.

— Послушайте! — молил их Бад.— Ну, пожалуйста...— Он уставился в их лица.

Они сделали еще шаг вперед. Он испугался. Так они и в самом деле хотят убить его! Они убьют его!

— Хорошо! — закричал он.— Я все скажу! Она думала, что делает перевод с испанского! Я просил ее перевести...

Голос его прервался. Что это с ними? Маски с их лиц исчезли, какое-то смущение, они смотрят вниз.

Он посмотрел вниз. Ноги его дрожали. О боже! Как тогда, когда он убил этого джапа! Что это с ним?

— Нет! — закричал он.— Я не хочу умирать!

Внизу под ним из конвертора разливалась медь. Горячий жаркий воздух коснулся его лица. Стало нечем дышать.

Он сделал шаг в сторону и упал. Падая; он увидел какой-то зеленый диск перед глазами. Но что это... Он не падает? Кабель! Падая, он ухватился за кабель! Он висел над бездной, держась за кабель. Сейчас его спасут, они не могут его не спасти. Ведь он ничего не сделал! Какой-то хаос звуков, какой-то ужасный шум! Голоса людей, шум машин. Левая рука оторвалась от кабеля. Теперь он висел на одной руке. Сейчас его спасут! Разве его могут убить? Ведь он ни в чем не виноват! Они не дадут ему умереть! Кабель дрожит в руке, а ноги его перестали дрожать. Он не умрет. Но кто это так ужасно кричит? Как Дороти, когда он поднял ее ножки на крыше, как Эллен, когда он всадил в нее первую пулю. Кто это орет? Неужели человек может так кричать? Так это он кричит? Почему? Он же не умирает? Он ведь не должен умереть! Ведь он еще...

Пронзительный крик был прерван звонким шумным всплеском. Из разливочного ковша во все стороны посыпались маленькие яркие точки горячего металла. Они мягко хлопнулись об пол и зашипели. Маленькие мягкие комочки остывающей меди. 

Кингшип остался на заводе. Гант провожал Марион обратно в Нью-Йорк. В самолете они сидели молча по разные стороны от прохода.

Марион часто прикладывала платок к глазам, а Гант смотрел на ее бледное лицо.

— Мы только хотели, чтобы он признался,— говорил Гант, будто хотел оправдаться.— Мы не собирались делать это. И он признался. Что заставило его отступить в сторону?

Слова повисли в воздухе без ответа.

— Вы поплачьте,— мягко посоветовал Гант.

Она отняла от глаз платок и взглянула на него.

— О нем, нет,— спокойно проговорила она.

Они приехали в апартаменты Кингшипа. Камердинер принял у Марион пальто. Гант не стал раздеваться.

— Миссис Корлис в гостиной,— доложил камердинер.

— О боже! — воскликнула Марион.

Они прошли в гостиную. Миссий Корлис сидела в кресле и смотрела на них.

— Так быстро вернулись,— улыбнулась она. Она взглянула на Марион, а потом заметила Ганта.— Я Думала...

Глаза ее остановились на Марион.

— А где Бад? — спросила она.

Эрл Стенли Гарднер (Erie Stanley Gardner)

Родился в г. Мэлден, штат Массачусетс. В начале 20-х годов занялся совмещением юридической практики с литературным трудом, поставляя в неимоверных количествах вестерны и загадочные истории в различные журналы, но стал профессиональным писателем лишь в 1933 году, после выхода первого детективного романа «The Case of ihe Velvet Claws».

Гарднер сам называл себя Fiction Factory («фабрика по производству художественной литературы») — ибо свои романы он не писал, а наговаривал на диктофоны, переписыванием с которых был занят целый штат секретарш. Самая его знаменитая серия, состоящая из 72 романов, посвящена частному адвокату Перри Мейсону (Perry Mason), которому помогают очаровательная секретарша Делла Стрит и владелец детективного бюро Пол Дрейк.

Романы Гарднера отличают легкость слога, головоломный темп, запутанность сюжета и увлекательное юридическое лихачество главного героя, которого называли «тигром социальных джунглей».

В Книге рекордов Гиннесса (1988) было отмечено, что на 1 января 1986 года во всем мире было продано 319 млн экз. книг Гарднера, переведенных на 37 языков.