И вот, наконец, Джирга открылась. Когда прошло минут десять и подошла очередь выступать Карзаю, раздался взрыв. По данным афганской полиции, это разорвался реактивный снаряд, выпущенный по участникам Джирги из западного пригорода Кабула. Снаряд упал возле отеля «Интерконтиненталь», всего в 500 метрах от шатра, где проводилась ассамблея. Президент, читавший доклад, при этом сохранил спокойствие, призвав всех участников конференции не волноваться. После этого он, сильно сократив заготовленную речь, пожелал всем хорошего настроения, успехов и… уехал. Ранее сообщалось, что Карзай намеревался представить на рассмотрение свой план, в соответствии с которым боевикам «Талибан» будут предложены рабочие места с тем, чтобы они могли покинуть поле боя и направить свою энергию на мирные цели. Но сделать этого он не успел.

После отъезда с Джирги главы государства рядом с шатром, где сидели полторы тысячи делегатов, начался бой между талибами и силами безопасности. Боевики забаррикадировались в недостроенном здании неподалеку от кабульского политехнического университета и открыли оттуда огонь из автоматов по полицейским и участникам мероприятия. В заседании ассамблеи пришлось объявить перерыв. В результате Джирга мира была скомкана и закончилась значительно раньше намеченного срока. Через день министр внутренних дел и начальник Главного управления национальной безопасности подали в отставку, которая была сразу принята разозленным на них президентом.

НАТО наносит ответный удар

Спустя месяц после проведения операции «Моштарак» в провинцию Гельменд можно было снова смело вводить большие силы войск НАТО — она опять кишела талибами, не желавшими отдавать в руки врага свои маковые плантации. Еще в начале января там погиб корреспондент газеты Sunday Mirror Руперт Хамер, поехавший ознакомиться с «успехами» британского контингента в уезд Нава. Его напарник, фотограф Филипп Коберн, был тяжело ранен. На самом деле смотреть там было нечего — разве что пыльные желтые дороги, мины да запуганных талибами крестьян, трудившихся на полях, засеянных опиумным маком. Афганские силы безопасности и ГУНБ ничего не могли противопоставить вездесущим экстремистам и отыгрывались на людях, которые не были никоим образом причастны к терактам и диверсиям. Однажды они арестовали группу итальянских и афганских врачей провинциального госпиталя «Скорой помощи» по подозрению в подготовке покушения на губернатора провинции Гуляба Мангала. Были схвачены три итальянских «врача-вредителя», в том числе директор госпиталя по имени Марко, а также шесть афганских медиков.

В лучших традициях советского НКВД сотрудники ГУНБ «изъяли у врачей два жилета смертника, два пистолета и девять ручных гранат». При этом сообщалось, что сотрудники органов безопасности давно вели наблюдение за подозрительными врачами и взяли их накануне совершения теракта против губернатора. По данным предварительного следствия, группа «врачей-вредителей и террористов» работала на боевиков радикального исламистского движения «Талибан». Расторопные офицеры ГУНБ придумали адскую историю о готовившемся покушении. Из нее следовало, что в задачу итальянских диверсантов и их афганских наймитов входило проведение теракта в одном из густонаселенных районов города Лашкаргах, административного центра провинции. По замыслу талибов и работавших на них афганцев, после проведения этого теракта раненых должны были доставить в госпиталь «Скорой помощи». Обычно губернатор провинции в тот же день посещал медучреждения, где навещал пациентов, раненных в терактах. Во время такого посещения губернатор должен был быть убит. По данным следствия, директор госпиталя, итальянец Марко, получил от талибов полмиллиона долларов за организацию теракта и последующее убийство губернатора.

Но этого ГУНБ показалось мало, и оно обвинило итальянцев и их афганских коллег еще и в причастности к убийству афганского журналиста Аджмаля Навандеша, а также незаконной ампутации без всякой надобности конечностей у пострадавших в терактах. В дело «врачей-вредителей» пришлось срочно вмешаться главе миссии ООН Стэфану де Мистура, который после ареста медиков выступил с заявлением, в котором сообщил, что итальянские врачи скорее всего были арестованы ввиду «возникшего серьезного недопонимания» и что, работая в такой горячей точке, как Гельменд, они каждый день подвергали риску свои жизни. Испугавшись реального расследования по возбужденному против итальянцев делу, контрразведчики их отпустили уже на следующий день.