Читаем После гильотины полностью

Но давайте ненадолго оставим Люсьена и приглядимся к созданию гораздо более привлекательному - его очаровательной супруге Люсетте.

Все-таки в Люсьене что-то было, иначе как объяснить несколько лет счастливого брака этого замухрышки и красавицы Люсетты? Между прочим, он был на десять лет старше ее. А может, у него была юная душа? Любовь - вот преступление, приведшее Люсетту на эшафот. Любовь толкнула ее на попытку спасти мужнину шею от гильотины. Она вселила тревогу в сердца его могущественных врагов. Они испугались, что беззаветная преданность этой женщины привлечет к ней силы сопротивления. Бедняжка отправилась на гильотину через несколько дней после Люсьена, Героса и Д'Антуана. Восседая в повозке, она казалась воплощением безмятежности. Люсьен мертв, говорила она, и мне больше нечего желать от жизни. Если б его не убили эти чудовища, я бы со слезами радости молила, чтобы они меня отправили в вечность вместо него. Тайна храбрости Люсетты - в том, что у нее была душа жрицы, а Люсьена она сделала своим алтарем. Она надеялась из-под гильотины улететь прямиком в его объятия. Вопреки его наклонностям - любви к музыке, драматическому тетру, лилиям на полях, - а может, благодаря им Люсетта верила в его счастливую судьбу. При всех своих недостатках Люсьен уже в раю, в этом она не сомневалась.

Красавица в белом подвенечном платье, с коротко подстриженными пышными золотистыми волосами, непринужденно поднялась на помост и опустилась на колени. По словам очевидцев, она почти не обращала внимания на гильотину и не следила за приготовлениями палача.

***

Гильотина убивает очень быстро и, как принято считать, гуманно. Так оно или нет - кто знает?

Существует немало легенд о том, как отсеченные головы зловеще подмигивали из корзины, а одна даже шепотом попросила воды. Гильотину обычно устанавливали под открытым небом, и, несомненно, погода влияла на это устройство. От перепадов температуры расширяются и сужаются металлические части. В иные дни она убивала на йоту медленнее, в другие - быстрее. Толпа, разумеется, этого не замечала. Следует учитывать и телосложение жертв, толстая шея предъявляет одни требования, тонкая - другие. У приговоренных сбривали длинные волосы, отрывали воротники, с них снимали шейные украшения. Выходит, даже такие мелочи способны помешать гуманной работе лезвия. Мсье Луи Капе не всегда хватало одного удара, и это наводит на размышления. Примем во внимание и нервную систему осужденного. На свете невозможно найти двух людей, абсолютно похожих друг на друга. Напрашивается предположение, что ощущения жертв под ножом гильотины так же различаются, как и отсеченные головы.

Возьмем, к примеру, Льва. Кто возьмется утверждать, что блестящий, могучий Д'Антуан перенес усекновение головы так же, как и его товарищи по несчастью?

Это было как удар. Удар кувалды. Но все-таки недостаточно сильный. И мелькнула ужасная мысль: ошиблись чертовы болваны! И тут картина перед глазами изменилась. Взгляд уловил корзину, пока туда падала голова, и чужие лица - уже почти забытые глаза смотрели на него, и в них застыло нетерпеливое ожидание встречи. Затем сгинул свет, и было лишь одно последнее странное ощущение. Голова лежала там, куда упала, но ей каким-то образом передавались утихающие конвульсии тела. Не это ли чувствует обезглавленная курица, бегая по двору?

Душераздирающая мысль: сколько ж это продлится? И наконец забвение.

Разумеется, забвение, ибо атеист Д'Антуан ни на что не рассчитывал. Для него все кончилось, угасли все ощущения. Пустота. Темнота. Даже не темнота, а... Безмолвие. Даже не безмолвие, а... Должно быть, приятно умереть и обнаружить: все кончено.

Нечто подобнее испытал Герое, казненный чуть раньше Д'Антуана.

Через его шею лезвие прошло легко. Аналогия с горячим ножом по маслу выглядит банальной, но она подходит лучше всего. Герое тотчас потерял сознание. Вероятно, этого он и ожидал. Когда снова открыл глаза, все казалось иным, но именно это он и надеялся увидеть. Дорога в ад выглядела нарядной, почти праздничной. Молнии - бутафорскими, и это еще слабо сказано. Вдоль тропы прыгали по камням алые огни, и вместе с ними плясали тени. Каким-то непостижимым образом у Героса возникла благодарность за все эти краски, за живописный антураж. Кое-что казалось знакомым - его существо наполнилось легким дежа вю. Внезапно к нему спланировал на крыльях летучей мыши демон в маске. Элегантный Герое безропотно двинулся навстречу неизбежным карам.

В ярко освещенных вратах и на пустыре за ними толпились воющие, молящие, бунтующие или смело шутящие грешники. Среди них он замечал старых знакомых, и в этом, разумеется, не было ничего удивительного. Он ожидал появления Д'Антуана, ведь его должны вот-вот гильотинировать. Царственный и надменный Д'Антуан в жизни не знал предрассудков и ждал от смерти только забвения. Интересно будет увидеть его физиономию, когда он поймет, что заблуждался. Да еще, как заблуждался!