Читаем Посланник полностью

И понимание того, что, если он хочет ещё хоть что-то спасти, её придётся убрать из разума Виктории. Такое обтекаемое слово — «убрать».

Олег помнил, как они ворвались в центр управления кораблём, помнил судорожные, отчаянные усилия, пока они перепрограммировали антителепортационные щиты на кораблях флотилии. Помнил ощущение гонки, осознание, что в любой момент та'кхи могут пойти в контратаку, и тогда мало не покажется никому. Помнил ужас тысяч живых существ, когда корабли один за другим прекращали своё существование. И ясно, как сейчас, он помнил захлёстывающее их всех отвращение к только что сотворённому. Потом была выворачивающая наизнанку, чуть не прикончившая их телепортация с обречённого флагмана, прибытие на Землю, круговерть неотложных дел и резко пролаенных приказов.

Посланнику не нужно было объяснять, что вот теперь-то маленькие зелёные человечки разозлятся на них по-настоящему. И единственный способ их остановить — это перехватить инициативу.

Пришлось заняться этим «перехватом».

Анатолий, бледный как смерть и едва способный шевелиться, запугал всех врачей и собрал заседание генштаба прямо у своей больничной койки. Михаил заперся в обществе одного лишь мини-компа — который в его руках был не менее разрушителен, чем любая армия. Юрий с головой ушёл в административные вопросы. Ирина, пока хирурги сшивали её изрядно потрёпанное в последней вылазке тело, нырнула в глубокие слои ментала, буркнув что-то про давно откладываемые исследования. Сашку пришлось усыплять насильно, пока мальчишка не загнал себя в гроб. Оба Ли куда-то исчезли.

Natalie (ветер пустыни да будет милостив к отважным юнцам!) отправилась в самое сердце кх'такори'кхи с предложениями мира и дружбы. С пространными извинениями за «печальный инцидент с оказавшейся на суверенной территории планеты Земля флотилией». Идея принадлежала Олегу, но, так как прекрасная ведьма была единственной, кто разбирался (и неплохо) в тонкостях галактической политики, ему пришлось доверить ей практическое осуществление переговоров. При мысли о задаче, которую он взвалил на не оправившуюся ещё после ранения девушку, Олегу оставалось только мрачно сжимать зубы. Не будь она арр-леди... Нет, повезло ему на этот раз с учениками.

Ученики...

Всё это время он не позволял себе задуматься об одной из них. Усилием воли выкинул мысли о ней на самые задворки сознания, отгородившись стеной неотложных дел.

Но в конце концов поток этих дел... не то чтобы иссяк. Просто не смог больше отвлекать его от главного. В какой-то момент Олег поймал себя на том, что всё чаще смотрит туда, где в небольшом, очень хорошо защищённом особнячке скрылась Избранная. А потом пришло долгожданное сообщение от Ли-старшего, перевернувшее всю ситуацию так, как Посланник не смел надеяться даже в самых дерзких своих предположениях. Откладывать больше не имело смысла.

Дорога до нужного дома показалась ему бесконечной и в то же время закончилась слишком быстро. Подняться на второй этаж и пройти по длинным коридорам вообще было формой изощрённой пытки...

Рука чуть надавила на сделанную в форме ястребиного крыла старинную ручку (он очень чётко, с какой-то болезненной ясностью ощущал ладонью все изгибы потеплевшего от прикосновения металла), дверь открылась.

Комната была совсем небольшой, высокие окна завешены плотной тканью, что создало полумрак. Вдоль стен выстроились массивные шкафы с книгами, сбоку примостился заваленный бумагами стол. Старое кресло. Маленький, скорее похожий на тахту диван. Громадное, в полный рост, зеркало в причудливой раме.

Она явно ждала его. Стояла рядом с зеркалом, окутанная тенями и тишиной. На ней было простое, длинное платье, на плечи накинута узорчатая пуховая шаль, спускавшаяся до самого пола и скрывавшая недостатки фигуры.

Её редкие русые волосы были собраны в короткую мышиную косичку, непримечательное лицо ничего не выражало. Светло-голубые глаза казались чёрными из-за расширившихся в полумраке зрачков.

Данаи Эсэра прекрасно знала, что Посланник пришёл сюда убивать. В неведении пребывала лишь Виктория.

Олег медленно опустился на одно колено и склонил голову перед своей махараджани.

* * *

Виктория смотрела, как Посланник проскользнул в дверь, как своей змеиной, какой-то бескостной походкой приближается к ней. Смотрела, отстранённая от контроля над своим телом и своими чувствами, и каждый его шаг посылал электрические разряды вдоль её позвоночника.

Инстинктивно окинул взглядом сначала помещение, затем, убедившись, что опасности нет, повернулся к ней. На одно отчаянно долгое мгновение их глаза встретились.

У Виктории (точнее, Эсэры, но даже ради сохранения своих жизней ни одна из них не смогла бы сейчас провести чёткой границы между собою) перехватило дыхание, внутри что-то болезненно сжалось.

А потом он медленным, безумно грациозным движением опустился на одно колено, и обжигающе-тёмные глаза исчезли, заслонённые упавшими на лоб прядями.