Как только с вводной частью было покончено, она сделала жест Макнабу:

– Говори, торопыга.

– Данные на служебный видеотелефон Надин были переданы с этого компьютера. Данные о времени на телефоне Надин и компьютере совпадают. Просмотрев записи видеокамер слежения за этот период, мы увидели… множество мигающих лампочек и кучу народа. – Макнаб вывел изображение на экран. – Этот компьютер… подождите, – Макнаб порылся в многочисленных карманах и достал лазерную указку. – Вот здесь. – Он обвел указкой небольшой сектор экрана. – Сейчас он закрыт людьми, то и дело шастающими туда и обратно. Но вот… Видите, здесь мелькнул оператор. – Макнаб остановил запись и увеличил отмеченное изображение.

– Женщина… – Изумленная Ева поднялась и подошла к экрану. – Лет двадцати пяти, мулатка. Весит килограммов сорок пять вместе с одеждой и обувью. Она не могла убить Хоуард, потом затащить ее в машину и бросить в контейнер. Такой зубочистке это не по силам.

– Компьютерная наркоманка, – сказал Макнаб.

– Кто?

– Компьютерная наркоманка. Чокнутая, жить не может без компьютера. Некоторые из них уединяются, забиваются в какую-нибудь дыру и порывают все контакты с человеческими существами. Другим, наоборот, нравится быть в окружении людей. Они зарабатывают всякую мелочь, получая и отсылая сообщения или выполняя задания. Домашние работы, бухгалтерские отчеты – в общем, все, что позволяет им иметь дело с машинными данными.

– Вроде чокнутых из ОЭС, – подала голос Ева.

– Брось, – улыбнулся Фини. – Компьютерные наркоманы редко имеют постоянную работу. И не держатся за нее. – Он барабанил пальцами по столу и следил за экраном. – Да, ты ее засек. Посмотри, официантка кладет на стол пачку дискет. Возможно, официантка – или сам клуб – что-то берет за передачу данных.

– В этом нет ничего незаконного, – добавил Макнаб. – С таким же успехом я мог бы попросить вас, Даллас, отправить данные за меня – допустим, у меня полетел компьютер или просто нет времени. А я заплачу вам десять баксов за хлопоты и потраченное время.

– А если ты, к примеру, торговец наркотиками, то сбрасываешь дискеты какому-нибудь компьютерному наркоману. В результате передачи идут из разных мест, и ты черта с два найдешь след.

Макнаб кивнул:

– Да, конечно. Но кто доверит компьютерному наркоману серьезное дело?

– Убийца доверил. Давайте определим ее личность. Нам нужно поговорить с ней. Пибоди, зайди в клуб и выясни, не знает ли кто-нибудь ее имя. Как по-вашему, она заглядывает в то, что передает?

– Иногда они это делают. Просто из любопытства, – сказал Фини. – Можно следить за жизнью и мыслями других людей, не имея с ними никаких общих дел.

– Я бы дорого дала за такую возможность, – проворчала Ева.

– Можно защитить данные от передающего, – добавил Макнаб. – Если ты хочешь утаить что-то. Конечно, опытный компьютерный наркоман может взломать защиту. Но эта ничего не взламывает. Иначе бы она не справилась с такой пачкой дискет всего за несколько минут.

– А что делают с дискетами после передачи?

– Официантка забирает их и приносит новую пачку – конечно, если есть заказы. Диски снова кладутся на стойку или на специальный стол. При желании ты можешь их забрать. В противном случае их использует клуб… Конечно, тогда их нужно надписать, – добавил Макнаб. – Если ты хочешь, чтобы данные записали или сгенерировали, то пишешь это на дискете, а заодно сообщаешь, куда ее переслать. Плата за это выше. А она просто передает данные, и все.

– Он мог прийти в любое время и забрать дискету. Покрутиться рядом, заказать что-нибудь выпить и удостовериться, что данные отосланы. Этот тип даром времени не тратит, – негромко сказала Ева. – Стоит в толпе и старается не попадать под объектив камеры слежения. Выпивает, танцует один-два танца, потом забирает дискету, кладет ее в карман и уносит ноги. Идет домой, ложится спать. И, держу пари, спит отлично. Утром просыпается, включает телевизор, пьет кофе и радуется тому, что удачно провернул дельце.

– Это было легко, – подтвердил Фини. – Слишком легко. И он предвкушает возможность сделать это снова.

– Мы проверим фотоаппараты, косметику и фотографов в трех заранее определенных районах. Пороемся в дискетах, которые клуб еще не успел использовать, – на случай, если этот тип не удосужился ее забрать. Макнаб, выследи эту компьютерную наркоманку. Ты умеешь разговаривать на их языке.

– Слушаюсь.

– Я еще раз схожу в университет, полюбуюсь на группу изучающих фотодело и попробую восстановить последние часы ее жизни. Потом возьму час личного времени. Пибоди, ты останешься с Фини.

Ева собрала фотографии. Она еще не была готова к тому, чтобы приколоть снимки Рэйчел Хоуард к доске убитых.

– Вернусь к четырнадцати ноль-ноль.

6

«При Рэйчел тут все было по-другому», – думала Ева, стоя в глубине мастерской. Тогда стоял вечер, и студентов было меньше. Но Рэйчел работала так же, как эти юные студенты, налаживая аппаратуру, ища нужный ракурс и восхищаясь образами, которые она запечатлевала с помощью фотоаппарата и передавала с камеры на экран.