Читаем Портрет смерти полностью

– Нет. Мисс Брайтстар, вы можете засвидетельствовать, в котором часу вчера вернулась домой профессор Браунинг?

– Насчет времени я тоже не мастер. В девять тридцать? – Она посмотрела на Лиэнн, ища подтверждения. – Примерно так.

«Ни намека на мотив… По крайней мере, пока», – подумала Ева. Она открыла сумку и вынула один из любительских снимков Рэйчел.

– Что вы об этом думаете, профессор Браунинг?

– Это Рэйчел.

– Ох, какая хорошенькая девушка, – откликнулась Анджи. – Молоденькая, свежая… И улыбка чудесная.

– Что вы можете сказать об этой фотографии как профессионал?

– Гм-м… – Лиэнн тяжело вздохнула и нагнула голову. – Хорошая фотография. Отличное использование света и цвета. Выгодный ракурс. Поза спокойная, без суеты. Подчеркивает красоту и молодость модели. Экспозиция такова, что взгляд останавливается на улыбке. Тут Анджи права. Вы это имели в виду?

– Да. Можно ли сделать такой снимок без ведома фотографируемого?

– Конечно. Но для этого нужно хорошее чутье. – Она вернула снимок. – Ее сфотографировал убийца?

– Возможно.

– Так она была убита? – Анджи обняла Лиэнн за плечи. – Ох, это ужасно… Кто мог причинить вред такой неиспорченной молоденькой девушке?

– Неиспорченной? – повторила Ева.

– Стоит только посмотреть на ее лицо и глаза… – Анджи покачала головой. – У нее на лбу написано, что она невинна.

Спускаясь в лифте, Ева представляла в уме фотографию Рэйчел. То, какой она была. И какой осталась навеки.

– Может быть, именно это ему и требовалось, – пробормотала она. – Ее невинность.

– Он не изнасиловал ее, – заметила Пибоди.

– Это убийство не на сексуальной почве. А на… духовной. «Ее свет был чистым», – вспомнила Ева. – Речь наверняка шла о ее душе. Кажется, существует такое поверье, что фотография крадет у человека душу?

– Я тоже слышала об этом… Куда теперь, лейтенант? – спросила Пибоди.

– В университет.

– Отлично. Среди студентов много классных парней. – Увидев ледяной взгляд Евы, Пибоди опустила глаза. – Если мы с Макнабом решили вступить в прочную, зрелую связь, это еще не означает, что…

– Я не желаю слышать о твоей прочной, зрелой связи с Макнабом. От одной мысли об этом у меня по спине бегут мурашки.

– Если мы решили вступить в прочную связь, – упрямо повторила Пибоди, выходя в вестибюль, – это еще не значит, что я не могу смотреть на других парней. Каждая женщина, у которой есть глаза, смотрит на других парней. Может быть, вы этого и не делаете, но тогда возникает вопрос: почему?

– Не потому ли, что мы расследуем убийство, а это не повод, чтобы пялиться на мужчин?

– Я люблю решать несколько задач одновременно. Кстати говоря, неплохо бы подкрепиться. Таким образом мы сможем есть, вести расследование и пялиться одновременно.

– Пялиться по сторонам во время проведения расследования категорически запрещено инструкцией.

Пибоди поджала губы.

– Сегодня вы очень строгая.

– Да, строгая. – Ева втянула в себя раскаленный воздух и улыбнулась. – И горжусь этим.

Сообщение о внезапной насильственной смерти вызывало у собеседников Евы самую разную реакцию. Чаще это были слезы. После разговора с несколькими подругами и преподавателями Рэйчел Ева чувствовала себя так, словно искупалась в море слез.

Она сидела на кровати в комнате студенческого общежития и думала: тесновато. Две кровати, шкаф, два письменных стола, два туалетных столика. Везде навалено девичье барахло. На стенах – афиши и рисунки, на столах – коробки с компакт-дисками и игрушками. Покрывала ядовито-розовые, стены ярко-зеленые. В комнате пахло леденцами, и от этого запаха к горлу Евы подступала легкая дурнота.

Нужно было последовать совету Пибоди и поесть.

Две девушки, сидевшие напротив, держались за руки, как влюбленные, и дружно рыдали.

– Это неправда. Неправда!

Ева не могла сказать, кто из девушек произнес эти слова, но заметила, что чем дольше они плакали, тем драматичнее становилась сцена. Похоже, это доставляло им удовольствие.

– Я понимаю, это тяжело, но должна задать вам несколько вопросов.

– Я не могу. Не могу!

Ева сжала пальцами переносицу, чтобы снять напряжение.

– Пибоди, посмотри, нет ли в холодильнике воды.

Делия послушно наклонилась к мини-холодильнику и вынула оттуда две бутылки диетической колы, открыла их и протянула девушкам:

– Выпейте и сделайте несколько глубоких вдохов. Если вы хотите помочь Рэйчел, то поговорите с лейтенантом. Рэйчел бы так и поступила, верно?

– Да, точно. – Лицо маленькой блондинки распухло от слез. Шмыгая носом, она отпила из бутылочки. – Рэйч сделала бы для подруги что угодно.

Брюнетка по имени Рэнда продолжала реветь в три ручья, однако у нее хватило ума достать несколько бумажных салфеток и сунуть их подруге по комнате.

– Мы хотели, чтобы в следующем семестре она переселилась к нам. Она была согласна. Понимаете, ей хотелось отведать настоящей студенческой жизни. А дружить втроем вовсе не так плохо.

– Она никогда не вернется! – Блондинка уткнулась в салфетку.

– Ваше имя Чарлин, верно?

Девушка подняла взгляд на Еву:

– Чарли. Все зовут меня Чарли.

– Чарли, возьмите себя в руки и помогите нам. Когда вы видели Рэйчел в последний раз?