Читаем Порочность полностью

Мир рушился вокруг нас, как и всегда, когда мы вместе. Не было ни боли, ни страха, ни проблем завтрашнего дня. Только он и я, и это всё, что нам нужно.

— Никогда больше не оставляй меня, слышишь? — шептал он мне в волосы, крепко прижимая к себе.

— Не оставлю.

И я говорила искренне. Я бы хотела провести в его объятьях всю свою жизнь, до последнего вдоха. Если он примет меня, конечно.

Он отстранился и посмотрел мне в глаза, обхватив моё лицо сильными ладонями.

— Ничто в этом мире и за его пределами не сможет удержать меня вдали от тебя, Джемма. Ничто.

Улыбка закралась в уголках моих губ. Его взгляд тут же устремился к ним, а в его переливающихся глазах зажёгся самый притягательный огонёк желания.

— Вы так и будете вести себя так, будто меня здесь нет? — спросил Доминик, явно недовольный внезапным проявлением эмоций, которые не имели никакого отношения к нему.

— Меня всё устраивает, — отрезал Трейс, не отрывая взгляд от меня.

— Держи себя в руках, Трейс. Пожалуйста.

Его прекрасные полные губы изогнулись в улыбке, от которой на щеках появились чудесные ямочки.

— Поверь мне, это я ещё сдерживаю себя.

Доминик застонал, хотя это прозвучало скорее, как рык.

Я отшагнула от Трейса и повернулась к Доминику, чтобы сказать что-нибудь язвительное, но все слова и ухмылка испарились, когда я увидела его. Хотя его раны почти полностью зажили, его лицо и рубашка всё ещё были в крови. Было в этом что-то такое, что окатило меня холодной водой. Вот он стоит, совсем один, израненный, и у меня на душе скребут кошки. Он столько настрадался из-за меня. Сначала с Энгелем, теперь с Трейсом.

Вот что он получил в качестве благодарности за спасение моей жизни.

Это совсем неправильно.

— Прости.

Слово казалось пустым, ничего не значащим. Его просто недостаточно.

Доминик замер, поймав мой взгляд.

— Тебе не нужно извиняться передо мной, ангел. Никогда.

Что-то внутри меня скрутилось, погружая в пучину смятения.

Между нами повисла тишина, такая долгая, что всем стало неловко.

— Пойдём, — сказал Трейс, положив руку мне на бедро. — Уже поздно. Нам нужно найти безопасное место, где можно остаться на ночь.

Я кивнула, не сводя глаз с Доминика.

За всё то время, что я провела в подземелье, я не могла думать ни о чём другом, кроме как о побеге. И уж точно я не думала о том, как я буду себя чувствовать, уходя от Доминика, когда всё кончится. Мне даже в голову это не приходило. Правда в том, что я и подумать не могла, что это может стать проблемой, но прямо сейчас, стоя посреди его гостиной и глядя на его заживающие раны, я чувствую себя так, будто… разрываюсь.

Он понимающе кивнул, как будто видел насквозь мои терзания.

— Всё хорошо, ангел. Реши все свои дела. Увидимся завтра.

Мои щёки обдало жаром. Не раздумывая, я пересекла комнату от Трейса к Доминику. Последний даже не моргнул, когда я подошла к нему и обхватила руками за шею. Его такой родной запах шоколада и ликёра мгновенно расслабил меня.

— Спасибо тебе. За всё, — не ведая страха, я притянула его ближе, чем когда-либо. — Ты спас мою жизнь.

«А ты мою», — послал он мне мысленный ответ, чтобы только я слышала.

Я отстранилась, встречаясь с ним взглядом, пытаясь найти в его глазах разгадку, объяснение, подтекст… что-нибудь. В них отражалось столько всего разом — столько всего, что он хотел бы разделить со мной, и ещё больше того, что хотел бы скрыть. Я не смогла ничего разобрать.

— Нам пора, — сказал Трейс, оказавшийся за моей спиной. Он обернул руку вокруг моей талии и притянул к себе.

Я ушла легко, но мне потребовалась каждая крупица силы воли во мне, чтобы задавить растущее смятение в глубине моего сердца. Я даже не могла оглянуться на Доминика и попрощаться, из страха, что не смогу уйти от него.

Лицом к лицу, сердцем к сердцу, Трейс вновь заключил меня в объятия, заворачивая в уютное одеяло своей идеальной любви. Так мы и ушли.

ГЛАВА 19. ПОЕЗД, СОШЕДШИЙ С РЕЛЬСОВ

Пронизывающий холод, возникший от перемещения сквозь время и пространство, вмиг покинул моё тело, стоило нам оказаться в небольшом лесном домике Макартуров к северу от Холлоу Хиллс. Отопление было полностью отключено, и внутри оказалось так холодно, что моё дыхание превращалось в пар, но я не чувствовала, что мёрзну. Пока Трейс рядом, он всегда разжигает во мне такое пламя, что способно растопить лёд, и сегодняшняя ночь не стала исключением. Его руки всё ещё обнимали меня за талию, я посмотрела на него из-под ресниц, и наши взгляды встретились. Его прекрасные, но грустные глаза были полны тревоги и боли и беспомощно смотрели на меня.

Моё сердце ухнуло в пятки, а в горле образовался адский ком.

Бремя, что я несла всё это время, и так было для меня неподъёмным, но этих мучений, которые я вижу в его глазах прямо сейчас, которые я сама навлекла на него, достаточно, чтобы добить меня.

— Оставь чтение мыслей мне, Джемма.

— А? — я подняла глаза и заметила игривую улыбку на его лице.

— Что бы ты, как тебе кажется, ни прочитала по моему лицу, — пояснил он, — это всё неправда. А даже если бы и было правдой, то не тебе об этом беспокоиться.