Читаем Порочен, как грех полностью

– Не нужно извиняться, – протяжно проговорил в дверях глубокий голос. – Я сам провел очень бурную ночь. Полагаю, ночь, проведенная вами, не потребовала от вас чрезмерных усилий.

– Гейбриел! – Она круто повернулась и рассмеялась, увидев, как он идет к ней с подносом, на котором располагались чайник и сдобные лепешки. – Я понятия не имела, что у вас есть хозяйственные таланты. Какой приятный сюрприз!

Он нахмурился.

– Не могли бы вы выглядеть не такой красивой, пока у меня не освободятся руки? Боюсь, я уроню поднос, и вы усомнитесь в моих хозяйственных талантах. – И в доказательство этого он поставил свою ношу на столик между ними, при этом чашки предостерегающе задребезжали на блюдечках. – Вот. – Он усмехнулся. – Теперь руки у меня свободны. А вы по-прежнему красивы.

Элетея покачала головой – нельзя выразить, как она была рада видеть его.

– Откуда вы узнали, что я здесь?

– Я приехал к вам, судя по всему, сразу же после вашего отъезда и поинтересовался у домоправительницы, где вы. Она дала мне необходимые сведения и еще один мешок муки.

– Я не заметила, чтобы кто-то ехал за мной.

– Я обогнал вас. И принес вам чаю. Я могу быть хорошим мальчиком, если постараюсь.

Но ночью он вовсе не был хорошим мальчиком. Как и она. Проницательная улыбка, мелькнувшая на его губах; напомнила ей о том, как чудесно им было вдвоем.

Она сглотнула, не сводя с него глаз. Ее бесшабашный любовник. Его короткие черные волосы растрепал ветер. Его темно-серый редингот и удобные штаны цвета буйволиной кожи так греховно облегали его сильные формы, что ей внезапно захотелось опуститься в кресло.

Он внимательно посмотрел на нее.

– Так вы не хотите чаю?

– Пока нет, благодарю вас. – Она улыбнулась, – Удивительно, что мистер Карсон позволил вам отнести поднос. Он не многих жалует.

Гейбриел обошел вокруг стола.

– Когда-то он работал у моего отца. – На мгновение в его лице мелькнуло что-то детское. – А вас он жалует – что ничуть меня не удивляет.

– Он любит подавать мне чай. Не понимаю, почему он не пришел вместе с вами.

Гейбриел с бесхитростным видом пожал плечами.

– Я отослал его с маленьким поручением.

– Каким поручением? – скептически спросила она.

– Купить в деревне сыру.

– Сыру?

– Да, у меня кончилась ветчина.

Она от изумления всплеснула руками.

– Чего не скажешь о вашей дерзости.

Он медленно окинул ее взглядом, отчего нервы ее напряглись от жаркого предчувствия.

– Но почему вы здесь одна? – спросил он.

Она заставила себя отойти на несколько шагов к окну.

– Я должна осмотреть занавеси на предмет моли и плесени. – Хотя из-за присутствия в комнате Гейбриела она не была уверена, что сумеет отличить одно от другого.

– Какое волнующее занятие! – Он шагнул к ней. – Могу я вам помочь?

Элетея прищурилась. Она ничуть не верила в невинность его галантных намерений. Искорки в его глазах говорили об опасности. Хорошо воспитанная женщина насторожилась бы. А та, у которой наклонности скорее порочные, впала бы в соблазн.

Она явно принадлежала к тем, кто впадает в соблазн.

Гейбриел шел к ней, и в конце концов он прижал ее к подоконнику.

Она выжидающе затаила дыхание.

– Ну и о чем вы думаете?

Он посмотрел на нее с нескрываемым удовлетворением.

– Я думаю о том, что вы попались, – отступать вам больше некуда.

– Занавеси, Гейбриел. Занавеси.

Он прищурился, потом бросил равнодушный взгляд на выцветшие занавески, висевшие по обе стороны от них.

– Да. Изъедены молью. Покрыты плесенью. Разве мы это уже не выяснили?

Он нежно поцеловал ее в губы, все еще опираясь руками о простенки. Сердце у нее забилось.

– Я хотела сказать, что…

– …что вы собираетесь выйти за меня замуж, – проговорил он, просунув язык в ее раскрытые губы. – Тогда мы сможем разговаривать о занавесях сколько вам угодно.

Жар близости вспыхнул между ними, и кровь у нее закипела. Как легко его короткий поцелуй вывел ее из равновесия.

– Выйти за вас замуж? – Она едва могла дышать. – Однако там, где есть занавеси, – с трудом продолжала она, – там есть и окно. Если вы этого не заметили, учтите, что нас видно из каждой проезжающей кареты.

– Я понимаю вашу озабоченность, – пробормотал он. – Сделайте мне одолжение, дорогая. Повернитесь.

– Что… – Она сама не поняла, почему она подчинилась, но она подчинилась. – И что теперь?

Его горячие губы скользнули по ее затылку.

– Не двигайтесь.

– Почему же?

– Прошу вас. Просто сделайте мне приятное одолжение. Вы наблюдаете какое-либо движение за окном?

– Нет. Только непосредственно позади себя.

Гейбриел рассмеялся.

Она смотрела на сильную руку, обхватившую ее стан. Каким мужественным казалось даже его запястье, даже загорелая кожа, которая так чувственно оттенялась белоснежными манжетами его рукава! Она вспомнила его руки на своем теле прошлой ночью. Ласковые, но беспощадные. Элетея вздрогнула и закрыла глаза, ожидая в восхитительном предвкушении, что…

– Ваш ответ, – сказал он. – Я жду с нетерпением.

Она повернулась, подняла глаза.

– Мой ответ – да.

Его твердый рот изогнулся в улыбке.

– Страсть, – сказал он, наклоняя голову, чтобы еще раз поцеловать ее. – И любовь.