– А куда тогда?

Она достает из ящика стола буклет, он шлепается передо мной со свистящим звуком.

– Вот, здесь все острова. Выбирайте. Я щас приду.

Буклет пахнет свежей типографской краской ― я знаю, что некоторые балдеют от этого запаха, я же начинаю его ненавидеть, он у меня теперь ассоциируется с «вонючей». Это запах диктата, запах насилия и принуждения: «Вот здесь все острова». Да как она может заявлять такое? Все острова… Это те, на которые ей выгодно меня отправить? Нет, я не потерплю такое, я буду с ней бороться, с этой наглой вонючей козой!

Все же открываю буклет: Доминикана, Майорка, Крит, Миконос… Я не хочу ни на один из них! Как же приторно, с придыханием рассказывает эта книжища про райские острова! И какие виды, какой океан, особенно на Мальдивах! Черт бы их побрал… И почему я такая упрямая, вбила в голову, что не хочу туда, и все… Не дура ли? Роскошные виллы и бассейны, красивые до слез; и люди на фоне этой роскоши и особенно могучей красоты природы кажутся такими жалкими, такими маленькими. Я читаю и не могу поверить, что все эти блага ― для одного человека. Ну, я имею в виду того, кто заселится в номере вот этого, например, отеля. Как они выдерживают все это? Все эти процедуры, всю эту заботу, улыбки, все эти прекрасные вина, коктейли, блюда… По-моему, это просто физически невозможно. Может, я так говорю из-за того, что у меня психология бедного человека? Да, наверное, это из-за того, что я была бедной все эти годы, начиная с рождения и кончая почти зрелостью, ведь мне уже тридцать лет. А сейчас уже поздно или слишком трудно себя менять. Но все равно меня мутит от этого, это не мое, я не хочу себе такого, хотя могу позволить. Все эти изысканные вина, лизоблюдство челяди, массаж, спа, ресторан, кофе на террасе, шампанское, выгул себя в платье от «Диор»; и так до бесконечности. Я лишь хочу, как есть, вот такая как сейчас, нечесаная и не слишком ухоженная, запачканная выделениями, следами недавнего экстаза, приехать в тихий отель к морю. И жить там две недели, ни о чем и ни о ком не думая. Даже о нем…

М идет в магазин и тоже покупает книги Уэльбека

Уф! Еще один рабочий день закончен. Я сразу же иду в тот самый книжный магазин, листаю те же книги, что и она вчера. В магазине тесно, все толкаются, никто не извиняется. Неожиданно в нос бьет резкая вонь, словно кто-то открыл банку с несвежей тушеной капустой. Мимо проходит недовольный мужчина, морщится и громко говорит то, о чем все подумали: «Еб твою мать, что за вонь!» Я смеюсь, меня ужасно веселит эта реплика. На меня оборачиваются, в том числе мужчина, что сказал про вонь. Я хватаю те две книги, что и она вчера, бегу на кассу и долго еще смеюсь над тем, как тот мужик возмущался вонью от квашеной капусты. На меня оборачиваются люди, видя мое смеющееся лицо, слыша мое хихиканье. Вид у них недовольный, словно их чем-то обидели, уязвили. Неужели их так оскорбляет то, что я смеюсь?

Я продолжаю смеяться даже в метро, сидя с двумя книжками Уэльбека. Наверное, меня смешит также и мое попугайство. Купил те же книги, что и она, и вот, сижу довольный, улыбаюсь и хихикаю как дурачок… На меня косится безвкусно одетая девушка – колготки в сеточку, красная юбка, желтый шарф, глаза и рот сильно накрашены. Сначала хочу прочитать маленький роман «Лансароте». Прочитываю довольно быстро и без большого интереса вступление, дохожу до сексуальных сцен. Они не очень-то заводят, но забавные, тем более меня до сих пор веселит фраза про вонь в книжном. Я похохатываю над ними и констатирую: главный герой неплохо провел время – потрахался и полизал у одной цыпочки на курорте. Почему-то я уверен, что это именно сам Уэльбек потрахался и полизал, а не герой его романа, я чувствую, что здесь идет полное отождествление, хотя это может быть совсем не так. Дохожу до разговоров по душам – главный герой общается с другим курортником, бывшим полицейским из Бельгии. Признаюсь, печали европейцев меня не очень трогают, уж лучше про секс с курортными цыпочками. Тем более разговор о проблемах навевает безрадостные мысли о собственной стране, которая оккупирована властью, «своими», не какими-то «чужаками», но все равно они никому жить не дают. Они вдобавок самозабвенно ненавидят страну, которую так нагло обворовывают. И вообще, Уэльбек меня все больше раздражает. Наверное, тем, что при всей своей занудности талантлив.

В любом случае, мне надо больше концентрироваться на себе, на своих целях… Кстати, какая у меня цель? Стать свободным, как я недавно думал? Но не слишком ли это расплывчато, и вообще, что это означает – стать свободным? Может, стоит выразиться как-то поконкретнее? Нет, не «стать свободным», но найти себя в жизни – вот моя задача. Да, так звучит лучше. Я доволен, этот день прошел не зря, ведь я сформулировал пусть не очень конкретную, но все же цель.

Анна наконец знает, куда ей надо ехать