Следующий день Дятч провел в седле. С белым флагом парламентера в руке он чувствовал себя идиотом. Более того, идиотом старым, вынужденным таскаться демоны знает где в поисках некоего призрака. У него ныла спина, болела старая рана в плече, сводило судорогой попеременно то одну ногу, то другую. Король понимал – лучшие годы уже позади. Он неумолимо превращается в старую развалину, а клан передать некому. Сыновья совершенно не готовы править. Дятч всю дорогу ворчал себе под нос о неблагодарности потомков, нежелании сыновей брать на себя ответственность и принимать взвешенные решения. Он прекрасно понимал, что брюзжит скорее из-за общего раздражения происходящим. Во-первых, орки клана предпочитали передвигаться верхом на огромных волках. Но Серый Дятча ушел в Страну Вечной Охоты, а король не успел взять нового волчонка на воспитание. Подобное казалось предательством Серого, оттого и тянул. А теперь расплачивался за свою неторопливость ноющим телом и мозолями на заднице. Все-таки не любил он лошадей.

За целый день эльф так и не соизволил появиться. Дятч все время ощущал на себе чей-то пристальный взгляд, но, как ни старался, не мог заметить среди камней и редкой растительности хоть кого-то. Даже животные, казалось, покинули эти края. Странно. Несколько раз орк натыкался на следы так и не дошедших до стойбища клана караванов. Судя по всему, их развернули и отправили восвояси: ни трупов, ни обломков телег или валяющихся где попало пожитков – только глубокие борозды от колес да следы многочисленных копыт упряжных животных. Он несколько раз объехал клан по кругу, все больше расширяя его диаметр, – никого. Похоже, несмотря на белую тряпку, привязанную к шесту, с ним просто не желали разговаривать.

Почти отчаявшись, Дятч нашел подходящее место для ночевки и решил разбить лагерь. В конце концов, утро вечера мудренее. Кряхтя как столетний дед, орк слез с жеребца, внутренне радуясь, что пресловутый эльф не видит этого позора. Вот длинноухий повеселился бы, глядя на то, как его величество изволит корячиться, одновременно стараясь устоять на подкашивающихся от долгого пребывания в седле ногах и не упустить лошадь. Забавное, должно быть, зрелище, если смотреть со стороны. Отдышавшись, Дятч расседлал и стреножил коня, поставил походный шатер, натаскал воды, дров, разжег огонь, вскипятил воду для чая, достал походный паек и активировал защитный амулет. Береженого, как говорится, боги берегут.

Стемнело. Чай заварился. Орк прихлебывал напиток, смачно затягивался дымом из походной трубки, набитой крепким табаком, пускал в небо кольца сизого дыма и задумчиво смотрел перед собой, пока… пока до него не дошло, на что он, собственно, смотрит. Или, вернее сказать, на кого.

Напротив сидел затянутый в черную кожу платинововолосый эльф. Пристальный взгляд сапфировых глаз пробирал до печенок, и хотя Дятч был не робкого десятка, где-то в районе позвоночника ощутил неприятное подрагивание.

«И как он смог пробраться сквозь защиту амулета? Его может обойти разве что архимаг, – удивился орк. – И как я умудрился не заметить нагло пялящегося на меня эльфа?.. За кого эта девчонка умудрилась выйти замуж?»

– Я вижу белый флаг, но не вижу своей жены, – нарушил затянувшееся молчание эльф. – Это значит, вы не собираетесь ее отдавать?

Дятч ответил не сразу. Он медленно затянулся, выпустил идеальное кольцо дыма, будто всерьез раздумывал над ответом.

– Это значит, я хочу договориться.

Глава 23

– Договориться? – от тонкой ухмылки эльфа повеяло такой жутью, что орк невольно затаил дыхание и обругал себя за малодушие.

«Да что же это такое? – подумал он. – Я, король клана Северных волков, а пасую перед каким-то остроухим в два раза мельче?»

– Прекрасное решение, – кивнул эльф, и до Дятча не сразу дошло, что собеседник не подслушивал его мысли. – Давайте договариваться. Только цена любым переговорам ломаный медяк, если жена пострадала. В этом случае я медленно, но планомерно вырежу весь ваш клан, затем сожгу дома и посыплю сверху солью, чтобы ничего на этом месте не росло. Ничего личного, я просто вынужден буду это сделать.

«Этот может, – вздохнул про себя орк, невольно припомнив головы соклановцев, привезенные воинами. – И как только Кудимна фтазис живет с таким жутким типом? От него даже у меня мурашки по телу. Хотя такая точно не потерпит рядом слабака».

– Ее похитил мой сын, – сообщил Дятч, понятия не имевший, как дальше вести переговоры.

А ведь не был новичком в дипломатии.

– Мне похвалить его вкус? – иронично изогнул породистую бровь остроухий, и орк пожалел, что не прихватил с собой десяток-другой воинов.

Они-то уж сбили бы с эльфа спесь. С другой стороны, эльф вряд ли к ним вышел, а найти его, судя по двум попыткам, задачка еще та.

– Она запустила в него ложем, – зачем-то сообщил Дятч.

– Узнаю радость моей жизни. Характер у нее взрывной, – тихо рассмеялся собеседник.