Читаем Попаданец полностью

— Кто-то на лошадях приехал, всех убрали. Куда не знаю, я прятался, пока не уехали. Не нашли. — внятно объяснить не получалось, да и опасения все еще были, что скоро он последует за теми несчастными людьми, но что знал, надо было рассказывать. Может быть этот мужик его соломинка, по которой можно выбраться из этого странного и неприветливого места. А если и нет, то может быть хоть накормит, сам то явно голодом не страдает.

Мужик развернулся и пошел осматривать дома. Тимофей пошел за ним и остановился около бочки с водой, которая кстати была уже закончилась. Потому что все что там оставалось он вылил на грядки, которые уже успел прополоть вчера, а за новой ходил только один раз с парой кувшинов, чтобы поставить варить кашу.

Осмотр не занял особо много времени, он бросал один взгляд на бардак в помещении и шел дальше, не задерживаясь. Потом пошел снова в сторону грядок, но не остановился у них, а двинулся дальше. Через пару сотен метров обнаружился едва заметный холмик, с которого он резко смахнул дерн руками и поднял широкий деревянный щит. Не боевой щит в плане оружия, а просто скрепленные между собой обрезки дерева. Наклонился, заглянул внутрь, хмыкнул, почесал голову. Потом повернулся, посмотрел на Тимофея и махнул рукой на дыру в земле.

— Достань один кувшин, есть будем. Меня Михайла Глебыч кличут.

— Тимофей.

Когда парень осторожно подошел к дыре, то увидел, вниз вела приставная лестница, не очень надежная на первый взгляд, а сама яма была метра три в глубину и наверное столько же в длину и ширину. В углу стояли 3 кувшина, похожие на те, в которых были остатки мяса в доме, а сейчас использовались для переноса воды. Ведро так найти и не удалось за все эти дни.

«Ага, вот и подвал с продуктами. Точнее без продуктов, тут только эти кувшины и есть. Не сломалась бы лестница, а то так и останусь в этой яме.»

Внизу оказалось довольно прохладно, наверное градусов 10, хотя на поверхности были все 20, а то и побольше. Еще раз оглядевшись и не найдя ничего интересного, кроме закупоренных чем-то кувшинов, полез наверх и закрыл яму сначала деревянным щитом, а потом и дерном.

Тем временем Михайла Глебыч уже разжигал огонь на кострище. Точнее там он и так был, потому что все это время Тимофей поддерживал хотя бы какое-то тление с помощью толстых бревен, нужно было лишь подбросить дров. Дождей за эти несколько дней не случилось, и огонь получилось сохранить. А если бы нет, то и не понятно что делать, потому что разжигать его из ничего он не умел и даже не пробовал никогда. Разве что дедовским увеличительным стеклом давно в детстве. Да где его взять только, стекло это увеличительное?

— Воду неси и помой котел. — опять отдал команду мужик и протянул посудину, в которой Тимофей кашу варил, а потом добавил обвинительным тоном. — Лентяи, даже одну печь так и не сделали!

Пока Тимофей бегал за водой, Михайла Глебыч откуда-то привел лошадь, запряженную в небольшую телегу. Похоже это было его средством перемещения. Но рассмотреть ничего так и не получилось, воду он сразу вылил в подвешенный над разгорающимся костром котел, а самого парня отправил снова за водой, и еще помимо кувшинов вручил маленькое деревянное ведро, почти такое же корявое, как его старое.

«А чего я в котле то воду не принес, а только в кувшинах? Вообще голова не соображает уже. Теперь еще раз переться.» — ругал себя Тимофей.

Ну а что? 250 метров туда, потом обратно с водой, потом еще раз туда-сюда, уже и километр набегает. Да не тут то было. Как только вода была принесена, она была сразу вылита в небольшое деревянное корыто, поставленное перед лошадью, а сам парень пошел за водой в третий раз, и в четвертый, и в пятый и даже в шестой. Остальная вода заливалась уже в бочку. Хорошо хоть не в ту огромную, которая стояла возле дома, а другую поменьше, откуда она тут появилась — не понятно, видимо с телеги Михайлы. Но она была раз в 5 меньше, так что за 4 дополнительные ходки получилось заполнить её больше чем на половину.

После работ парень кулем осел перед костром обливаясь потом. Ну а что, он и до этого не особо отдыхал, ползая по грядкам, а тут еще заставили почти 3 километра нарезать, таская воду. Нет, он мог бы наверное и еще принести столько же, или половину хотя бы, но лучше все-таки отдохнуть. За это время в котле уже что-то приготовилось и из него шел более чем приятный мясной аромат. И не только мясной, было что-то еще знакомое, но не то, что он тут видел в последние дни.

Чеснок! О, это было божественно. Когда ты три дня питаешься только пресной кашей на воде и собственно еще самой водой, а потом получаешь тарелку пусть той же каши, но сваренной с мясом и чесноком, да еще и в прикуску пару свежих долек грызешь. Красота! Правда пить пришлось опять же просто воду. Причем не кипяченую даже, а как раз просто сырую, из той маленькой бочки, в которую он и натаскал речной воды.

— Беглый? Сколько лет? — внезапно просил мужик, хотя до этого сохранял молчание. Прямо с той самой фразы, которой отправил его за водой.