Сасэ торопливо перелистал папку. Есть. 8 декабря. Кадзи Соитиро… «7.32 утра…» Он не поверил своим глазам. Кадзи покинул изолятор в 7 часов 32 минуты после завтрака. Он всмотрелся в запись. Следов исправления не было.

Этого не может быть.

Жгучая боль пронзила все его тело.

Все понятно. Они предвидели, какие могут быть последствия, и изначально внесли неправильное время. Дешевый трюк…

Сасэ схватил папку обеими руками и ударил ею по столу.

Вы заплатите за это!

— Судзуки! Иди в суд и получи ордер на обыск в главном полицейском управлении!

Ответа не последовало.

Сасэ поднял глаза. Судзуки сидел за столом, опустив голову.

— В чем дело? Иди быстрее!

Судзуки что-то пробормотал.

— Что с тобой?

— Я не пойду…

Сасэ не сразу понял.

— Не пойду, — не поднимая головы, повторил Судзуки. — Наверху ведь тоже против? Вы действуете слишком резко. Я не думаю, что это дело настолько важное, чтобы портить отношения с полицией.

— Что ты понимаешь?

— Это я хочу спросить, что вам понятно?

Это закричал Судзуки. Направленные на Сасэ, его глаза сверкали от гнева.

— Очень прошу простить меня. Вы все прекрасные люди. Представители юридической элиты. Вы гордые, решительные, поэтому делаете так, как считаете нужным… А если терпите неудачу или вас что-то не устраивает, спокойно увольняетесь. Присоединяетесь к миру адвокатов, на которых прежде посматривали свысока, хорошо устраиваетесь, зарабатываете много денег… Но такие, как я, — мы другие. Мы не можем найти себе другое применение. В отличие от вас, мы живем без гарантий!

Сасэ не знал, что сказать. Он потерял чувство реальности.

— И не только это. Полиции достаточно одного телефонного звонка, чтобы связаться с любой точкой Японии. Даже если я потом получу новое назначение, меня всегда будут воспринимать как помощника прокурора, проводившего обыск в полиции. И это будет преследовать меня постоянно. Вы можете понять? Думаю, что нет. Я тоже сдавал квалификационный экзамен на юриста. Много-много раз…

— Все, достаточно… — Сасэ был подавлен. — За ордером на обыск пойду я. А тебя с сегодняшнего дня сменит секретарь Фудзивара. Думаю, что Фудзивара-сан сможет заниматься этим. Он ведь в следующем году на пенсию уходит…

Взгляд Судзуки потерял свою силу.

— Я не могу руководствоваться только гордостью и твердостью.

Больше он ничего не сказал.

Сын Сасэ — борец за справедливость. Ведь он унаследовал это от отца. Так он думал…

— Я иду в суд.

Но выйти он не успел. Зазвонил стоящий на столе телефон.

У Сасэ появилось некое предчувствие. Исходя из сложившейся ситуации, вероятность того, что вдруг на него свалятся хорошие новости, была мала.

Звонил главный прокурор Ивакуни. Сасэ был взволнован.

— Господин главный прокурор, я принял решение проводить обыск.

— Остановись.

В глазах потемнело.

— Почему?

В голосе Ивакуни слышалось волнение.

— Помощника прокурора из районной прокуратуры арестовала полиция.

Помощник прокурора из районной прокуратуры!.. Тот самый, который подозревается в присвоении денежных средств, ответственный за взимание штрафов!

— Воровал деньги на велодроме. Похоже, весь в долгах был. А денег из штрафов, видимо, не хватило. По этому делу я сейчас буду встречаться с начальником главного управления полиции. Так что вопрос с обыском пока закрываем. Понял?

После окончания разговора Сасэ еще некоторое время стоял, прижав трубку к уху.

Его поймали не за присвоение штрафов. Но полицейские вели его в течение долгого времени — и подумали: а вдруг он заодно признается и в этом тоже?

Внутренним делом прокуратуры занимается полиция. Вне сомнения, это непозволительное, позорное событие.

«По этому делу я сейчас буду встречаться с начальником главного управления полиции».

Сделка…

В голове возникло именно это слово.

Внезапно он стал терять равновесие.

Черт…

Сасэ обеими руками схватился за стол и опустил голову. Ему казалось, что твердость и гордость выливаются из него потоком.

Он вспомнил лицо Кадзи Соитиро.

Ясные глаза спокойно смотрели на него.

Сасэ так и стоял с опущенной головой. Жгучая боль раздирала все внутри.

Накао Ёхэй

1

«Источником электричества» оказался кабинет главы административного департамента полиции.

У него не было намерения прислушиваться. Но внезапно полились потоком гневные крики, дойдя даже до приемной административного отдела.

Накао Ёхэй по свойственной журналисту привычке среагировал моментально. Глубоко не вникая в смысл, он зафиксировал в голове только что услышанные слова из разговора.

Подделанные показания?..

Удивление настигло его через несколько секунд.

Застывшая атмосфера отдела отражала серьезность ситуации. Сидевший сбоку начальник отдела Хисамото замер с испуганным видом. Помощник начальника Курита побежал в кабинет главы департамента сообщить о том, что рядом присутствует журналист, просунул туда голову, да так и застыл с неестественным видом. Из-за стола, находящегося чуть дальше, следователь Сасаока бросал вопросительные взгляды на Накао: слышал ли? Его глаза излучали злобный и тусклый свет, словно приказывая журналисту забыть о том, что он слышал.

— Я зайду в следующий раз.