Читаем Полуденный демон полностью

С того момента, как Марианна переступила порог этого дома в качестве жены, она ни минуты не чувствовала себя здесь хозяйкой. Хозяином был Ветлугин – жестким, неумолимым и опасным. Она его боялась. Реально! Он только однажды пригрозил, что свернет ей шею, если она его ослушается. И добавил с ухмылкой:

«Закопаю в лесу и объявлю в розыск. Скажу, что жена поехала навестить мать и не вернулась. Тебя никто не найдет. Сомневаешься?»

Правда, Ветлугин тут же обратил все в шутку. Рассмеялся, обнял ее и шепнул на ушко:

«Испугалась, дуреха? Я тебя и пальцем не трону. Я же твой муж! А браки заключаются на небесах…»

И повел ее в комнату, где они занимались сексом. Это «интимное таинство» ни разу не происходило в спальне. Кроме первой брачной ночи. Да, да! У них с Ветлугиным была старомодная, тривиальная брачная ночь. С роскошной двуспальной кроватью, усыпанной лепестками роз, со свечами и шампанским. Ей невероятно импонировало, что до свадьбы он не делал попыток затащить ее в постель.

Какая же она наивная! Вообразила, что ей попался настоящий принц.

Марианна сама себя загнала в угол. Она поддалась гипнозу Ветлугина, стала мягким воском в его руках, позволяя лепить себя наново, полностью подчинилась его воле. И он не преминул этим воспользоваться.

Она трепетала перед ним, утратив всякую гордость, всякое достоинство. Страх впитался в каждую клеточку ее тела, парализовал ее мозг и способность рассуждать здраво. Ей казалось, муж видит ее насквозь, читает каждую ее крамольную мысль. Он в самом деле был дьявольски подозрителен и подвергал ее строгим допросам. Не могло быть и речи, чтобы она съездила сама в Москву, к матери… или прошлась по магазинам. Даже местным, рощинским.

Везде только вместе с Ветлугиным, только под его контролем. А если он отлучался по каким-то своим делам, то за ней непременно присматривал садовник.

Этот туповатый, но безраздельно преданный Ветлугину мужик с рябым лицом ужасно раздражал ее. После смерти хозяина он стал тише воды, ниже травы и не спешил показываться Марианне на глаза.

В принципе ничто не мешало ей уволить садовника. Но кто же будет ухаживать за газонами и садом? Она пока не хотела ничего менять. У нее просто не было сил. Пока она только пыталась разобраться, во что ее втянул покойный супруг. И вообще, кем он был?

Ветлугин нигде не работал, целые дни проводил дома, читал… занимался йогой, слушал музыку или сидел за компьютером. При этом он не испытывал нужды в деньгах. Раз в месяц они выбирались в район, где делали необходимые покупки и снимали определенную сумму с его счета.

Банкоматами Ветлугин не пользовался. Он считал, что это ненадежно.

Марианне строго воспрещалось заходить без стука в его кабинет. Ей много чего воспрещалось. Задавать вопросы, к примеру, водить машину, работать, делать самостоятельные покупки.

Если ей нужно было сделать прическу или маникюр, муж возил ее в салон красоты и не только оплачивал услуги, но и не скупился на чаевые. Марианна не могла упрекнуть его в жадности или мелочности. Он покупал ей все, что она выбирала – в разумных пределах, – и лишал ее повода выражать недовольство.

С работы она уволилась охотно, еще до свадьбы. Под завистливые вздохи сотрудниц написала заявление и собрала личные вещи. Ей опостылела бухгалтерия: бесконечные цифры, дебет, кредит, баланс, придирки начальства, проверки… нервотрепка и скромная зарплата. Замужество сулило ей обеспеченную жизнь и новые радости.

Ох, как она ошибалась!..

Почему она не сбежала от Ветлугина? Почему не вышла однажды со двора, не села в автобус и не укатила домой, к матери?

Она убеждала себя, что любит Трифона – несмотря на все его причуды. Он странный… но каждый человек по-своему странен. Он наводит на нее панический страх. Но разве не сказано: «Да убоится жена мужа своего»?

Должно быть, это нормально, когда все под его контролем. Вот ее мать смолоду живет одна. Разве ей сладко? Разве она не плачет по ночам в подушку? Марианна не раз просыпалась от ее всхлипов, утешала, делала успокоительный чай или капала в рюмочку корвалол. Болезнь сердца у матери – от одиночества, от тоски, от безнадеги.

Марианна боялась повторить ее судьбу. Очень боялась. Потому и терпела все, что вытворял с ней Ветлугин. Смиряла гордыню. Покорялась… страдала. Но разве не через страдания лежит путь к блаженству?

Однако сколь веревочке не виться, а кончику быть…

С этими мыслями Марианна обходила комнату за комнатой в доме покойного мужа. Казалось, его тень скользит следом, следит за каждым ее шагом. Пусть следит. Тень – это всего лишь тень. Сам Ветлугин лежит в холодном морге и не в состоянии пошевелить пальцем.

Щелк! Она открыла дверь в комнату, куда он привел ее на вторую ночь после свадьбы…

Через несколько минут Марианна вышла оттуда, волоча за собой большую картину в тяжелой раме. Бросила на пол, сбегала за ножом и, обливаясь холодным потом, вырезала полотно. Свернула в трубочку… постояла в раздумьях.

– Иначе нельзя… – прошептала она онемевшими губами.