Читаем Полуденный демон полностью

По вечерам здесь нередко устраивались корпоративные гулянья. Кравцова работала сутки через двое. Раньше это давалось ей легко, но с возрастом она начала сильно уставать. Да и комплекция оставляла желать лучшего. Тучность не только не красит женщину, но еще и мешает двигаться. У поварихи появилась одышка, ноги болели, в пояснице стреляло. Она с трудом выдерживала смену.

Кровь никак не хотела останавливаться. Посудомойка выбросила в мусорную корзину промокшую вату и достала новый клочок.

– Больно? – подняла она глаза на Кравцову.

– Нет…

– Ножи слишком острые.

– Смотреть надо, – вздохнула повариха. – А тут делаешь одно, думаешь о другом… Так и палец себе отхватить недолго.

Наконец они справились с кровотечением, заклеили ранку пластырем, и Кравцова вернулась к своему разделочному столу. Только взялась за мясо, как ее окликнули.

– Антонида Витальевна! – крикнул с порога администратор. – К вам пришли!

– Кто?

Молодой человек быстрыми шагами пересек кухню, приблизился к ней и шепнул:

– Товарищ из органов…

– Господи!

– Идите, он ждет…

– А как же это? – она показала ножом на куски подготовленной к нарезке свинины.

– Вера пока все сделает. Я разберусь… вы идите, идите.

Кравцова нехотя вытерла руки о бумажное полотенце и зашагала к выходу.

В зале было почти пусто. За двумя столиками сидела мужская компания, а за третьим… Повариха сразу узнала оперативника, который уже беседовал с ней.

Тот вежливо поздоровался и пригласил ее присесть. Перед ним на клетчатой скатерти стояла чашка с чаем и недоеденные блинчики.

– Извините, голодный с утра…

– Ничего, кушайте, – понимающе кивнула Кравцова.

Она заметно волновалась, не знала, куда деть руки, но потом положила их на стол. Оперативник покосился на ее заклеенный пластырем палец и спросил:

– Порезались?

– Да… – смутилась она и убрала руки, сунула их в карманы халата.

Кравцова выглядела старше своих сорока восьми лет. Лицо в ранних морщинах, волосы с закрашенной сединой, нездоровая полнота. От былой привлекательности остались только синие глаза.

Оперативник торопливо прожевал блинчик и еще раз извинился. Это, по его мнению, располагало к нему людей, и те теряли бдительность. В чем-то он подсознательно подражал сыщику Коломбо из одноименного детективного сериала: старался казаться недалеким и бестолковым.

– У меня к вам всего пара вопросов, – изображая неловкость, промямлил он. – Простите, что отрываю вас от работы…

– Ничего, – вздохнула Кравцова.

– Вы кого-нибудь подозреваете в убийстве зятя?

Она с удивлением уставилась на него, как будто впервые увидела.

– Я уже говорила вашему следователю, что была мало знакома с Ветлугиным. Мы почти не общались. Как я могу кого-то подозревать?

Ни разу за все время следствия она не назвала зятя по имени. Только Ветлугин. По-видимому, они друг друга недолюбливали.

– Вас не очень-то огорчила его смерть.

– Не очень, – честно призналась она, разглядывая прибор для специй, состоящий из керамической солонки, перечницы и горчичницы.

Оперативник ждал продолжения, но Кравцова ограничилась этой лаконичной репликой.

– Почему?

– С какой стати мне его оплакивать? Мы, по сути, оставались чужими людьми. У него своя жизнь, у меня – своя. Не я за него замуж выходила, а моя дочь.

– Ваша дочь любила мужа?

– Об этом лучше спросить у нее.

– А вы как думаете?

– Молодой человек… что вы подразумеваете под любовью? Общую крышу над головой? Постель?

– Чувства…

– Очевидно, Мариша испытывала какие-то чувства к Ветлугину, раз стала его женой.

– Это был брак по расчету?

– Какая разница? Бывает, люди сходятся по расчету, а потом любят друг друга без памяти. А бывает… любовь приносит одни страдания.

– Ваша дочь унаследует все состояние покойного, – сказал оперативник. – Это немалые деньги. Вы знали, что у Ветлугина не было других близких родственников?

– Я его родословную не изучала.

– Допустим. А как они жили с Марианной?

Кравцова заерзала и начала поправлять волосы.

– Сколько можно спрашивать одно и то же? Как-то жили. Я в их отношения не вмешивалась.

– Дочка вам ничего не рассказывала? Не делилась своими переживаниями?

– У меня сердце прихватывает. Она меня щадила, не посвящала в свои проблемы. Да и что я могла сделать? Чем помочь?

– Значит, у них с Ветлугиным были проблемы?

– Не ловите меня на слове, – рассердилась Кравцова. – Я вам все сказала. Больше мне добавить нечего.

– Где вы находились во время убийства?

– И на этот вопрос я уже отвечала. В тот день я спала дома. Отдыхала после суток. Подтвердить мои слова некому! Я живу одна… Разве что Пончик меня видел.

– Кто такой Пончик?

– Мой кот. Он спал со мной рядом.

– И часто вы спите днем?

– После работы бывает. Натопчешься у плиты, наломаешься… ноги гудят, спина ноет, голова раскалывается. Прихожу домой и валюсь спать. А вы что, меня подозреваете? – горько усмехнулась Кравцова. – Больше ничего не придумали? Если не Мариша мужа прикончила, значит, теща зятя на тот свет спровадила? Отлично. Других версий, как я понимаю, не имеется?

– Ветлугин был богат, теперь его деньги достанутся вашей дочери.

– Нам его деньги без надобности. Жили до него и без него проживем.