Читаем Польские трупы полностью

Это их и сблизило: что-что, а кино Сивый обожал. В особенности ему нравились те старые фильмы, где играл малый с лошадиной мордой. А уж больше всего его трогало, хоть он этого и стыдился, когда в фильме «Касабланка» в который уже раз слышал: «Почему из всех кабаков во всех городах мира ты выбрала именно мой?» Честно говоря, в такие моменты Сивый думал о себе: он чувствовал, что втрескался в эту девчонку. «I really like you baby» — повторял он каждый день по утрам реплику Де Ниро, и сейчас ему тоже хотелось это сказать, но он только процедил, как истинный мачо с брегов Вислы:

— А когда я хочу поболтать, ты говоришь, что я зануда.

— Потому что ты талдычишь только о бабле. Лучше сделай для меня сегодня то, о чем я тебя прошу.

— Что? Я мало сделал? Мало, что принес пушку Старика, — он распахнул куртку, показав на долю секунды кобуру, — чтоб ты могла полюбоваться на ствол, хотя Старик наверняка яйца бы мне оторвал, если бы пропалил. Ну и специально для тебя свистнул эту тачку.

— О, Боже, ну прямо парень из «Любовь как любовь»! — съехидничала она. — Ствол стволом, а тачку скоро придется бросить, потому что ни тебе, ни мне с ней делать нечего. Говорю тебе, раздобудь что-нибудь только для меня одной.

— Что?

— Ну не знаю, что-нибудь из электроники. Прикинь, у моего старика в кабинете стоит супер-телек с плазменным экраном, а мне в комнату отдали обычный аналоговый «Филипс». Подгони мне какой-нибудь крутой. И DVD! Обязательно DVD!

— Мне что, ехать в город и взламывать магазин бытовой техники? В последнюю субботу перед Рождеством? Охуела?

— Ты, бля, не смей так вульгарно со мной разговаривать, я тебе не какая-нибудь шлюха! Просто я прошу тебя, и прошу уже с утра, ковырнуть эту виллу, о которой я тебе рассказывала! Я же говорила — немного страха, зато потом я тебе уже ни в чем не откажу.

— А я все время говорю: надо об этом перетереть с твоим папашей. Я смогу его убедить!

— Но я не смогу. А, кстати, ты уверен, что убедишь еще и своего дядю?

Сивый ничего не сказал, только, взбешенный, не спеша повел «тойоту» вдоль ряда вилл. Но девушка в долю секунды сменила тон:

— Малыш, ну, милый, мы же хотим быть вместе, а ты отлично знаешь, что мой предок на это не согласится.

Она слегка коснулась губами его уха.

— Ну ладно, Аська, хорошо, — уже мягко пробормотал парень, — рискну. Надеюсь, нас не запалят. Какая это хата?

— Вот, посмотри, там, у леса… Окна темные, похоже, дома никого нет, — сказала она.

— Но у гаража свежие следы колес, еще даже снегом не засыпало. А если хозяева скоро вернутся?

— Слушай, забей, мне тоже страшновато, но этот номер, правда, может быть улетным. Давай рискнем, сделаем себе рождественский подарок, будет что вспоминать на старости лет. По крайней мере до тех пор, пока мы друг другу не надоедим. — Она скорчила ироничную гримасу и вдруг прибавила на удивление серьезно: — Я хочу быть с тобой, этот номер должен пройти… И если ты хочешь того же, должен мне доверять независимо от того, что думал или будешь думать. И еще одно: если получится, то уже никогда этот твой вечный враг, Стефан, к тебе не подъедет…

— Ладно, — парень уже полностью сконцентрировался, — оставим тачку рядом в переулке и перепрыгнем через забор. Я захожу внутрь, а ты стоишь на стрёме снаружи, идет?

— Точно — все так, как мы и обговаривали. — Девушка выглядела крайне взволнованной.

Не прошло и минуты, как оба перелезли через ограду и подобрались к неприметной вилле сзади, со стороны заснеженной веранды, выходящей в лес.

Сивый приложил ладонь к глазам, чтобы посмотреть, что внутри, и прямо задохнулся от восхищения.

— Ты права — это мечта…

— А сигнализация?

— Малышка, может, я и не читал всех этих твоих книжек, но если угоняешь «мерсы» с иммобилайзерами, то сигнализация на дверях — это просто смешно. — С этими словами он вытащил из кармана многофункциональный перочинный нож, выдвинул три отвертки, поддел оконную раму, и уже через мгновение тихо скрипнула, открываясь, балконная дверь.

— Останься тут, но, смотри, осторожно… Гляди в оба, — шепнул парень.

— Минутку, минутку, сперва отдай мне пушку, — напомнила девчонка, приоткрывая небольшую сумочку, висевшую у нее на плече. — Знаешь, береженого Бог бережет, мы уже об этом говорили. Так будет безопаснее. — И прибавила ласково: — Вот увидишь, у нас получится. Я люблю тебя, Сивый, — и улыбнулась.

Он неуверенно смотрел на нее какое-то время, а она молча достала из кармана платочек, мягко просунула руку под левый локоть парня и осторожно, через этот платочек, вытащила пистолет из кобуры и аккуратно положила в сумочку.

Сивый снова посмотрел на нее недоверчиво, а затем выпалил скороговоркой:

— Только не смейся надо мной: я тоже тебя люблю, — и зашел внутрь.

Первое, что он увидел в гостиной, куда проник через веранду, — большой накрытый стол, горящий камин и батарею бутылок на внушительных размеров баре на колесиках рядом с переливающейся разноцветными огоньками рождественской елкой. Сивый надкусил крекер и с шиком налил себе бокал виски.