Читаем Польские трупы полностью

Блин, мне-то что до этого?! Хорош рай — с бассейном, полным кровищи. Еще один долбаный революционер нашелся. Гонял бы лучше своих кроликов.

Если у меня и было желание скрыть, что тут у нас происходит, то теперь оно улетучилось. Разумеется, он станет волноваться, но ведь и мое состояние спокойным не назовешь. Я с остервенением стучала по клавишам и, едва успела нажать «Send», как раздался стук в дверь.

— Мама, какие мы все-таки идиоты. До вечера отсюда, естественно, никого не выпустят. Внизу полный бардак: на вертолете прилетели двое из Барселоны. Спецы по перерезанным глоткам. Но Веронику пока не нашли. Как думаешь, крышу уже проверили? Там есть такие устройства для нагревания воды, верно? Что ты делаешь в сортире с ноутбуком? Я же сказал, чтобы ты ему ничего не писала. Все о’кей. Ситуация под контролем. Завтра все закончится, и мы выбросим из головы эти трупы. Вот увидишь. Только как я выдержу без колы? Даже бар не открывают.

— Да я и залогиниться не успела, — соврала я. — Само собой, я не стану его тревожить.

— Там что-то происходит. Они приковали Каи наручниками к бильярдному столу. Спустись и попробуй что-нибудь разузнать. Ведь он не виновен. Скажи им об этом. Самое большее, на что он способен — по пьянке столкнуть ее в бассейн, но распять… Нет. Это точно не Каи. А, и спроси, посмотрели ли они записи, сделанные камерами наблюдения.

— Позволь им поработать. Может, они и не семи пядей во лбу, но ведь ты о них ничего не знаешь. Дай им шанс. Я сейчас вернусь. Никому не открывай.

* * *

На каждом этаже сновали полицейские. Они заталкивали возмущенных постояльцев обратно в комнаты. Ничего не объясняли. Просто закрывали двери. Я проскользнула на боковую лестницу, ведущую прямо к площадке над бассейном. На ступеньках сидели молодожены и о чем-то шептались. У нее были красные глаза. Подходящее время для выяснения отношений, ничего не скажешь. Ребята смотрели на лесенку, от которой час назад отвязали Хайди. Теперь она лежала там в черном мешке.

Я спросила, известно ли им, что случилось. Кивок. Внимательно оглядев их взлохмаченные головы, я в очередной раз дала себе слово, что больше ни за что с ними не заговорю. Проклятая «Любовь с первого взгляда». Наверняка они выиграли эту неделю на Балеарских островах в подобном говенном телешоу.

Что там Макс говорил о камерах? Кажется, тут не ведется наблюдение. Но над моей головой в небольшом углублении в стене мигал красный огонек. Точно такой же я заметила над дверью мужского туалета. Неужели они были тут и раньше? Бука оказался наблюдательнее меня?

Полицейские принялись укладывать мешок на носилки, а Каи — заталкивать в фургон. Маргерита стояла возле бассейна. Силы ее иссякли. Она прислонилась к стене. От нее больше не требовалось быть энергичным и деловитым администратором. Она расплакалась.

— Знаешь, где была Вероника? На крыше, прикованная к…

— …системе нагревания воды? Да?

— Откуда ты знаешь? Ведь там не было никого, кроме полицейских. Боже, ее тело страшно изуродовано. Да еще на такой жаре! Она почти целиком сварилась. — Маргерита не успела добежать до туалета.

* * *

— Что вы здесь делаете? Пожалуйста, немедленно вернитесь в свой номер! — Инспектор Кравец меня по-настоящему напугал. Настолько, что я опрометью кинулась наверх.

В кранах не было горячей воды. А Бука еще раньше услышал крик соседей, доносившийся из ванной. Он деловито поинтересовался, возможно ли технически, чтобы из крана текла кровь Вероники. «Возможно?» — упорствовал мальчишка.

Я не отвечала. Этот ребенок меня поражал.

— Мамочка, пожалуйста, скажи им, что вскоре они обнаружат еще одну девушку. Закопанной в землю или повешенной на высоком столбе. Хотя нет, их будет две. Здесь есть старый маяк?

— Да, но добраться туда можно только на лодке, — ответила я. Спорить с ним было бессмысленно. Хотя на два новых трупа мне тоже соглашаться не хотелось. — Но почему он убивает? Извращенец? Псих? Надо сказать, не слишком изобретательный, раз даже двенадцатилетний мальчишка может подобрать ключ к его шифру, — пыталась пошутить я.

— Он не псих. Во всяком случае, не псих в привычном нам смысле. У него есть цель. И она заключается не в том, чтобы навести на всех ужас при помощи отрезанных пальцев; он не шьет себе нарядов из кожи своих жертв. Я вот что думаю. Он убивает девушек, чтобы скрыть только одно убийство. Как в «Убийствах по алфавиту» Агаты Кристи…

— Ты же говорил, что ее книжки наводят на тебя тоску. Ты не читал «Убийства по алфавиту».

— Но папа читал… — начал было Бука, однако тут же осекся и, что совсем удивительно, смутился.

— Ты ему звонил, обманщик! И что, по-твоему, он, не отходя от письменного стола в Варшаве, определит, кто убивает девушек на Майорке? Он ведь в жизни не видел вблизи ни одного трупа.

Они оба привели меня в бешенство. Я попыталась прошмыгнуть в ванную, спрятав компьютер под полотенце.

— Даже не думай, мама! — остановил меня Бука на полпути. Полотенце съехало с лаптопа. — Ты обещала, что не станешь ему доносить.