Читаем Полк, к бою! полностью

Значит, нужно прорываться туда, производя как можно больше шума. Пусть воображение врага, не видящего ночью численности наступающих, удесятеряет наши силы.

Так рассудили мы с начальником штаба, в считанные минуты обдумав решение.

…1-й батальон почти сразу же захватил вокзал. Но не стал там задерживаться. Слева оказался военный городок, со стороны которого велась неорганизованная стрельба. Послал туда лишь разведчиков, батальону же не позволил, отвлекаться. Ему важнее овладеть железнодорожным мостом через Неман. Он недалеко, всего километрах в полутора.

— Вперед, Хирный, вперед! — подбадривал я комбата. — Батальон Пятирикова уже ведет бой на площади за костел. А ты… Поднажми!

Разве мог капитан Хирный отстать от своего соседа? Ни за что! И он "поднажал".

Кто отличился в том бою? Если взяться за это дело, то пришлось бы перечислять всех бойцов и командиров полка.

Артиллеристы бесстрашно расстреливали прямой наводкой выбегающих из крепости, что находилась за костелом, и пытающихся сопротивляться гитлеровцев.

Полковые и батальонные минометчики буквально засыпали минами оба военных городка, били по-засевшим на кладбище у железнодорожного моста фашистам.

Саперы быстро проделывали проходы в заграждениях. А стоило подразделениям выйти к берегу, они под командой полкового инженера майора Б. Я. Хавронского, отыскав лодки, стали наводить переправу.

Героизм и бесстрашие проявляли все.

На востоке уже алела заря, когда капитан Хирный доложил, что его батальон проскочил железнодорожный мост и ведет бой на западном берегу Немана.

Капитан Пятириков сообщал, что ему уже никто не оказывает сопротивления.

Майор Гладкий со штабом тем временем переместился в район костела, установил связь со штабом дивизии и батальонами. Приказываю ему:

— Передай в штаб дивизии, что предречная часть Гродно взята нами в ночном бою. Полк одним батальоном зацепился за противоположный берег. Принимаю меры к расширению плацдарма.

Но… Через несколько минут грохнул сильнейший взрыв, и средние пролеты железнодорожного моста взлетели в воздух. Оказалось, что наши саперы не успели обнаружить и обезвредить хитроумно запрятанные гитлеровцами взрывные заряды, и фашисты смогли подорвать мост с помощью дистанционного управления.

Положение полка осложнилось. На этой стороне Немана противник частью уничтожен, частью рассеян или отброшен за реку. Но 1-й батальон на той стороне, он оказался отрезанным от полка. И, как вскоре радировал Хирный, его там контратакуют довольно значительные силы. Что делать, как помочь батальону?

Пока думаю, пришла радиограмма. В ней член Военного совета 2-го Белорусского фронта поздравляет весь личный состав полка с достигнутым успехом, сообщает, что я награжден орденом Красного Знамени.

Держу в руках эту радиограмму и не знаю, радоваться ли такому сообщению или горевать. Ведь если полк не удержит плацдарм на том берегу, позор будет на всю армию.

— Остаешься здесь. Наводи, в этой части города порядок и подтягивай тылы. А мы с замполитом — на тот берег, — говорю начальнику штаба.

— Не рановато ли, Михаил Григорьевич?

— Нет. Я должен быть там!

Пошли к тому месту, где саперы под командой полкового инженера майора Хавронского наладили лодочную переправу. Кстати сказать, гребцами на лодках были не только бойцы, но и местные жители. Мужчины и даже женщины. Именно к лодке с одной из них и подвел меня Хавронский, сказал:

— Садитесь к ней, не подведет. Лодкой управляет прямо-таки виртуозно. Лично убедился.

— Хорошо, — кивнул я, прыгая со своими спутниками в утлое с виду суденышко. Приказал напоследок полковому инженеру: — Два взвода саперов с минами немедленно переправить на тот берег. Придать их первому батальону, заминировать улицы и другие танкоопасные проходы.

— Будет сделано, — ответил Хавронский.

Быстро несет свои воды Неман. Да и лодка довольно ходко скользила по его глади. Но еще быстрее летел тяжелый немецкий снаряд. В лодку он, к счастью, не попал, а разорвался рядом, в глубине. И все-таки волна опрокинула утлое суденышко…

Всплыли все, только рация ушла на дно. Хорошо еще, что радист ефрейтор Кочетков при посадке снял ее со спины. А то бы…

До берега добирались уже вплавь.

* * *

Весть о том, что командир полка вместе с ними на этом берегу, мгновенно распространилась среди бойцов, придала им уверенность в своих силах. Ведь знали же фронтовики: коль скоро старший начальник лично руководит боем, то будет сделано все возможное, чтобы удержать занятые позиции. И назад пути не будет.

— А мы не только отбиваем контратаки, но и тесним противника понемногу, — доложил заместитель командира батальона по политчасти капитан А. П. Корчагин. — Бойцы дерутся как львы. Красноармеец Судаков, например, лично уничтожил девять гитлеровцев. А первым ворвался на этот берег комсорг пулеметной роты старший сержант Курбатов.

— Обязательно представьте всех отличившихся к наградам и передайте списки майору Петушкову, — приказал я. — Кстати, где парторг батальона?

— Старший лейтенант Мошков с первой ротой. Они выкуривают гитлеровцев из корпусов табачной фабрики. Но если надо, я его сейчас вызову.