Читаем Полицейский ринг полностью

А вон дальше по берегу виднеется за деревьями часть пляжа. Он почти скрыт кронами, но видно, что на нем нет людей. Ясно, не купальный сезон, осень уже. И лодки не плавают, хотя прокат лодок там должен бы работать. Машина сбавила скорость, съезжая с моста, и пляж скрылся из виду. Теперь просматривалась только часть берега Москвы-реки слева. Там дымился или большой мангал, или кто-то жег сухие листья. Гуров мельком подумал, что люди отдыхают и не знают, какая здесь рядом разыгрывается трагедия. А ведь пуля не разбирает, она может попасть в любого, кто окажется на пути. И нет уже времени заниматься оцеплением территории. Надо что-то придумать, надо решить, как искать Киру и Иванчука. И как не нарваться на пулю самому.

И тут до сыщика вдруг дошло, что дым тянется вдоль затона им навстречу. Это значит, что навстречу им дует и ветерок, который относит звуки, следовательно, звук мотора их машины будет почти не слышен там впереди.

— Плавно разгони машину, — показал он водителю на грунтовку, тянущуюся вдоль берега по полуострову, — а потом выключи скорость и катись на холостых оборотах.

Опустив боковое стекло, Гуров почти по пояс высунулся из машины, прислушиваясь. Подвеска машины буквально глотала неровности дороги, а мотор работал совсем тихо. Они уже почти миновали пляж, когда сыщик отчетливо услышал женский крик. Даже не крик, а визг, вопль отчаяния, вопль ужаса. Тут же в голове мелькнула мысль: «опоздали», — но Лев отогнал ее как вредную и второстепенную. Крик слышался с берега. И кажется, чуть раньше он различил еще и звук разбивающегося стекла.

— Стой! — рявкнул Гуров и, открыв дверь машины, почти на ходу вывалился на сухую траву.

Рука дернулась под мышку к пиджаку, где обычно он в случае необходимости носил пистолет в наплечной кобуре. Сейчас пистолета не было, и сыщик почувствовал себя беззащитным до неуместности.

Всего предвидеть невозможно, с ожесточением думал он, прислушиваясь на бегу и пытаясь разглядеть строение за близкими уже деревьями. Разбитое вдребезги окно небольшого деревянного домика Гуров увидел сразу. И оттуда раздавались крики и женский плач. «Саша!.. Саша!..» Опоздал, как обидно, что опоздал! Так плачут над телом мертвого, так не плачут над ранеными! Может, Кира просто в панике, может, Иванчук только сознание потерял? Хоть бы так и было, хоть бы… Ничего, вон ребята уже бегут. Двое омоновцев услышали женский плач и кинулись туда.

Гуров снова повернулся в ту сторону, где мог быть киллер, и тут же увидел, как темная фигура с чем-то длинным в руке мелькнула слева и скрылась за длинным сараем у самой воды. Скорее всего, это эллинг, где хранят водный инвентарь и прогулочные лодки. Гуров свернул направо и стал обходить сооружение с другой стороны. Он двигался неслышно, поэтому звук мотора микроавтобуса и топот ног омоновцев, разбегавшихся по берегу, казались ему почти небесным грохотом. Сейчас киллер выстрелит, и его изрешетят из автоматов. Надо, чтобы Крячко приказал бойцам не стрелять и не двигаться.

Пуля пробила лист тонкого металла всего в десятке сантиметров над головой Гурова. Он услышал только звонкий лязг затвора винтовки и сразу присел. Черт, с глушителем стреляет!

— Не подходить! — закричал мужской голос из эллинга. — У меня здесь заложник. Я убью его!

Наверное, сторож, устало подумал Лев, прислонившись спиной к рифленому холодному металлу эллинга.

— Эй! — крикнул он. — Прекрати стрелять! Давай поговорим. Я сейчас прикажу всем остановиться, и мы сможем обсудить ситуацию.

— Пусть все отойдут к машине! — ответил киллер срывающимся голосом.

Да, это не профессионал, снова подумал Гуров. И он сейчас сильно возбужден, возможно, напуган, в состоянии паники. Достав телефон, сыщик быстро набрал номер Крячко и заговорил умышленно громко, чтобы киллер слышал его распоря- жения:

— Станислав, останови ребят! Отойдите все к микроавтобусу, чтобы киллер вас видел. Я неподалеку от него и попробую поговорить. Он утверждает, что у него там в эллинге заложник, так что пока выполняем все его требования.

— Хорошо, Лева, — ответил Крячко. — У снайпера удобная фронтальная позиция, а остальных я отведу. Снайпера он не мог увидеть.

— Слушать только меня, ситуация под контролем, — неопределенно проговорил Гуров, лихорадочно думая, как дать понять Крячко, чтобы снайпер без команды не стрелял, и при этом не дать понять киллеру, что на берегу прячется снайпер. Но старый друг и напарник все понимал без слов.

— Ты сейчас не можешь говорить всего, Лева, — торопливо заговорил Крячко, боясь, что Гуров успеет отключиться. — Командой для снайпера будут твои слова «дымом пахнет».

«Дымом пахнет» — хорошая фраза. Тем более что рядом что-то дымит. Киллер не поймет, если произнести эти слова в определенной фразе. И плача Киры не слышно, наверное, с ней уже кто-то работает. Хорошо, все под контролем, можно начинать.