Следует внутриолигархическая попытка навести порядок чисто бюрократическими методами. Однако времени у предпринявшего ее Ю. В. Андропова было слишком мало, поэтому анализировать перспективность его модели трудно.

А затем следует внеолигархическая попытка. Ее предпринимает еще один видный политический деятель, субпассионарий, конечно, но лично незаурядный М. С. Горбачев. Как и Хрущев, он, несомненно, делает это во имя спасения коммунистического строя и режима. Но то, что удалось Хрущеву, не удалось Горбачеву. Последний избирает способ, неоднократно применявшийся в истории. Он вызывает к жизни охлократию для атаки на олигархию. Ему-таки удается прижать олигархию, выпустив на нее непрекращающийся митинг, — как митинг на улице, так и митинг законодательный, под названием «Съезд народных депутатов». Последствия всем известны: страна расчленена на 15 государств, у власти в них повсеместно находятся олигархические группы, а охлократическое массовое давление к настоящему моменту, видимо, угасло.

Тем не менее, во-первых, олигархии в стране нет, а есть снова несколько олигархических групп, и они неизбежно будут противостоять друг другу. Ни в одном из государств постсоветского пространства, судя по всему, монолитная олигархия не сложилась.

Во-вторых, повсеместно весьма быстрыми темпами идет формирование общества и его структуризация. Если на уровне практических действий последние 12 лет истории страны представляют собой почти исключительно разрушение, то на уровне борьбы идей картина иная. Да, в стране нет реальной демократии как политической формы, но демократическая тенденция в обществе есть, и очень мощная. Более того, есть очень мощная монархическая тенденция и даже есть смутно ощущаемое понимание нехватки собственной аристократии. Все эти тенденции есть, и они не враждебны друг другу. Естественной попыткой любой олигархии в настоящей ситуации будет столкнуть лбами тенденцию демократическую с тенденцией монархической, хотя это едва ли удастся, ибо они исходно не противоречат друг другу.

Поэтому (хотя за последние 80 лет нам ни разу не пришлось жить не только в условиях Полибиевой схемы, но и в условиях «правильной формы власти») мы все же можем рассчитывать, что в относительно близком будущем увидим, как действуют именно правильные формы власти, а не их «искажения». Разумеется, подобная экстраполяция выходит за пределы моих профессиональных полномочий, как историка (следовало бы остановиться чуть раньше). Будем считать, что я лишь высказал свое мнение.

И последнее. Основной принцип, характеризующий Полибиеву схему, есть принцип дополнения властей. Он исходит из первоначального признания несовершенства человеческих институций, несовершенства любой политической формы. Это несовершенство и стремились веками компенсировать люди, вводя в одну систему разные формы, дабы они дополняли и укрепляли друг друга. Для религиозных обществ, исповедующих единобожие, это тем более понятно. Христиане, хоть и симпатизировали монархии (о «симфонии» Церкви и государства см. раздел 5), прекрасно сознавали невозможность одному человеку сконцентрировать власть в своих руках.

Позволю себе осторожную гипотезу: появление принципа разделения властей, предполагающего, что для правильного функционирования государства в нем должны существовать независимые друг от друга законодательная (парламент), исполнительная (правительство) и судебная власти, — не что иное как реакция на исчезнувший принцип дополнения властей. Полибиева схема вышла из употребления, и в обстановке XVIII века утраченный принцип дополнительности властей стали компенсировать всем известным принципом разделения трех властей. Принцип разделения властей сам по себе не плох, но он — паллиатив. А в наших нынешних условиях стремление восстановить Полибиеву схему было бы разумным, так как она обеспечивает гораздо большую солидарность общества, нежели принцип разделения трех взаимоборствующих властей.

Раздел 9

ТИПЫ ГОСУДАРСТВ

• Какие типы государств мы знаем

• Суверенитет

• Примат законодательства

• Законодательная власть

• Глава государства и правительство

Какие типы государств мы знаем