Читаем Политика полностью

Прежде всего к Полибиевой схеме применим принцип К Н. Леонтьева: во-первых, она сложна; во-вторых, склонна усложнять общество, ибо гарантирует взаимодействие аристократических и демократических кругов. Кроме того, если двухсоставные политии приводят к суммированию (конечно, не механическому) достоинств одной и другой формы, то еще в большей степени это свойственно Полибиевой схеме. По крайней мере государство, устроенное в соответствии с Полибиевой схемой, будет испытывать благотворное присутствие монархии как символа и инструмента объединения страны и нации; сможет пользоваться достоинствами аристократии как хранительницы культуры и социально-политического стабилизатора; и, наконец, этому обществу никто не помешает реализовать потенциал демократии, охраняющей достоинство гражданина и повышающей его инициативность и ответственность.

Полибиева схема — не такая уж редкость в истории. Разумеется, соучастие элементов в ней различно. Может быть более сильная монархия или более сильная демократия. У кельтов, например, была и монархия, и демократия, но явно преобладала аристократическая составляющая. Однако везде, где мы видим наличие аристократии и хотя бы тень народного собрания, мы уже видим Полибиеву схему. Более того, мы видим Полибиеву схему даже в тех случаях, когда государство управляется монархом с аристократией, не имеет парламента, но имеет развитое муниципальное самоуправление — низовую демократию.

Необходимо отметить, что демократии выстраиваются только снизу и никогда сверху. Если государство управляется королем безо всякого парламента, но в этом государстве наличествуют земское самоуправление и городское самоуправление, ограниченное пределами города и всевластное в его пределах, в этом государстве демократия есть. Если же в государстве парламент существует, а низовое управление целиком находится в руках чиновников, никакой демократии в этом государстве нет, есть только фикция ее для успокоения граждан.

Полибиева схема многократно в истории давала наилучшие результаты. Классический пример ее — политическая система Великобритании: король — Палата лордов — Палата общин. Конечно, в настоящее время в Англии декоративная королевская власть и декоративная Палата лордов. Однако она стала мастерской мира и владычицей морей вовсе не сейчас, а тогда, когда все три элемента власти были реальными, когда политическая система Англии соответствовала Полибиевой схеме. Ныне же она живет накопленным.


Полибиева схема как национальная традиция


Для нас Полибиева схема представляет особый интерес, ибо это — наша национальная традиция. В лучшие исторические эпохи, т. е. в эпохи наиболее высокой культуры и наибольшего благоденствия, наивысшего жизненного уровня по сравнению с окружающим миром, мы управлялись в соответствии с Полибиевой схемой.

В Домонгольской Руси так управлялись княжества: князь — элемент монархический, боярство — элемент аристократический, вече и вечевые институты (в частности, должность выборного тысяцкого, противостоящего особе князя) — элемент демократический, причем прямой демократии. Впоследствии с разрушением городской Руси всевластная городская демократия как составная часть Полибиевой схемы была утрачена, ибо город утратил свое значение.

Тем не менее определенные элементы демократической традиции не исчезали у нас никогда. На уровне сельского схода или городской сотни даже в крепостнические времена XVIII века что-то оставалось, а в Высоком Средневековье таких элементов, естественно, было больше. Например, Судебник Ивана III обязывает каждого судью судить только с участием «лучших людей» общества (мира). Это не что иное, как зачаточная неразвитая форма суда присяжных, датируемая XV веком.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Советский век
Советский век

О чем книга «Советский век»? (Вызывающее название, на Западе Левину за него досталось.) Это книга о советской школе политики. О советском типе властвования, возникшем спонтанно (взятием лидерской ответственности за гибнущую страну) - и сумевшем закрепиться в истории, но дорогой ценой.Это практикум советской политики в ее реальном - историческом - контексте. Ленин, Косыгин или Андропов актуальны для историка как действующие политики - то удачливые, то нет, - что делает разбор их композиций актуальной для современника политучебой.Моше Левин начинает процесс реабилитации советского феномена - не в качестве цели, а в роли культурного навыка. Помимо прочего - политической библиотеки великих решений и прецедентов на будущее.Научный редактор доктор исторических наук, профессор А. П. Ненароков, Перевод с английского Владимира Новикова и Натальи КопелянскойВ работе над обложкой использован материал третьей книги Владимира Кричевского «БОРР: книга о забытом дизайнере дцатых и многом другом» в издании дизайн-студии «Самолет» и фрагмент статуи Свободы обелиска «Советская Конституция» Николая Андреева (1919 год)

Моше Левин

Политика