Читаем Полёт "Голиафа" (СИ) полностью

       - И смею признать, что сработала она отменно, - мужчина весело улыбнулся, видимо вспомнив что-то хорошее. Он положил чемодан на кровать и огляделся.

       - Отменно-то отменно, вот только, насколько я помню, транспортировка этого аппарата была для военных сущим испытанием.

       Их каюта была небольшой, но по возможностям дирижабля - роскошной. Две облегчённые кровати в разных углах, два плетёных кресла у окна. А для личных вещей пассажиров - небольшой шкаф, представлявший из себя алюминиевую раму, обитую тонким металлом. Большое круглое зеркало в позолоченной раме висело рядом со шкафом. Стены каюты, с нарисованным на них через равные промежутки вензелем "V", были обшиты тонкими листами красного дерева. Было видно, что владелец судна как мог, старался облагородить эту летающую груду металла и прорезиненной ткани.

       - Я не вижу осветительных приборов, - посетовал Кирилл, - Ни свечей, ни электричества, ни даже газового освещения...

       - О-о, это очень опасно, - ответил Дмитрий Иванович, - Водород, коим наполнено это чудо, крайне взрывоопасен. И, несмотря на все предосторожности и новинки технологических разработок, которыми он напичкан, владелец постарался исключить малейшую возможность появления открытого огня. И даже электрические лампы, которые вроде бы безопасны...

       Не закончив фразы, попутчик отрицательно замахал руками.

       - И как же быть?

       Мужчина отвернулся от окна, снял верхнюю одежду и бросил её на кровать.

       - Как быть? Делать все свои дела до захода солнца! - он бросил взгляд на стену, где висели небольшие часы с маятником, - И если мы поспешим, то ещё успеем попрощаться со столицей.

       - Лучше бы мы сидели в каюте безвылазно. Вы же знаете, что я отвечаю за вашу безопасность.

       - Полноте вам, голубчик! - он махнул рукой, - Вы сами видели, что на борт вместе с нами поднимались только женщины с мужьями и детьми!

       Дмитрий Иванович чуть ли не насильно снял с него пальто и, взяв за руку, повёл на первый этаж, который опоясывала застеклённая галерея. Именно здесь перед обзорным окном уже собрались практически все пассажиры. Крики прощаний и напутственных слов заглушал нараставший свист паровых струй, вырывавшихся из котлов. Весело махая шляпками и котелками провожавшим их людям, столпившимся под набирающей высоту гондолой, они не могли скрыть своего восторга. И хотя ни Кирилла Петровича, ни Дмитрия Ивановича провожать никто не пришёл, но оба они, поддавшись всеобщему ликованию, тоже решили помахать людям.

       - Сейчас будет самое захватывающее зрелище, - пообещал учёный, - Весь град Петров будет как на ладони!

       "Голиаф", поднявшись на полсотни метров в воздух, взял направление на юго-запад, пролетая над крышами и парками Петербурга. Аэровокзал давно остался позади, а прямо по курсу уже вырос шпиль Петропавловской крепости.

       - Знаете ли вы, Кирилл Петрович, что в своё время шпиль Петропавловского собора хотели сделать причальной мачтой для дирижаблей?

       Стоящая рядом с ними женщина, прикрыв ротик ладошкой в кружевной перчатке, ойкнула:

       - Да ладно! Неужели правда? - она повернулась к стоящему рядом мужчине, - Дорогой, ты слышал?

       - Помнится мне, Кирилл Петрович, что вы как-то выражали сомнение в том, что это судно поднимется в воздух, - напомнил ему учёный.

       - Беру слова обратно. Оно движется довольно шустро.

       Кириллу уже немало доводилось летать на дирижаблях, поэтому открывшаяся панорама города ничем новым его не удивила. Да, всё те же крыши домов. И всё те же позолоченные купола церквей. И снова он видел тонкие ниточки дорог и множество маленьких точек - людей, бредущих по своим делам и настолько привыкших к зрелищу летающих гигантов над их головами, что они уже не обращают на них внимания. Но, несмотря на столь богатый опыт полётов в качестве пассажира (а иногда и пилота), Кирилл Петрович не особо любил это действо. Сказывалась юношеская боязнь высоты, которую он с годами смог спрятать глубоко в сердце, но не избавиться от неё полностью.

       - Не знаю как вы, а у меня от этого зрелища проснулся аппетит, - на лице учёного расцвела довольная улыбка.

       Его попутчик, оглядев галерею, подбородком указал на одного из пассажиров, лицо которого постепенно приобретало зеленоватый оттенок:

       - Не все из присутствующих могут согласиться с вами.

       Дмитрий Иванович рассмеялся, увидев бедолагу:

       - Видимо это его первый полёт. Что касается меня, - он вынул из жилета карманные часы и щелчком открыл крышку, - то я довольно-таки часто этим занимаюсь. Научные эксперименты можно проделывать не только в стенах лабораторий, но и на открытом воздухе. С лучшими умами человечества, к коим я себя смело могу причислять, следует не только вести переписку, но и лично встречаться с ними.

       Они вместе стали подниматься по лестнице на третий этаж, где располагалась столовая.

       - Запомните, голубчик! Ничто не заменит вам живого общения с людьми. Из каждого разговора можно почерпнуть новую мысль. Новую идею.

       - И именно поэтому вы разъезжаете по всему свету, - буркнул Кирилл себе под нос, - Знаете ли вы, Дмитрий Иванович, что вы для Российской Империи - очень ценный человек?

       - Догадываюсь, - он улыбнулся в усы.