– Для каждой Игры заранее выбирают объекты, на которых участники друг друга молотят. Остров тем и хорош, что здесь в такое время года постоянно светло, нам не пришлось возиться с освещением. Господин Ведущий решил, что будет отлично смотреться, если снять подземелье – темную шахту – на контрасте со снегом, сам туда дважды спускался. Даже пытался запустить древнюю технику…

– Зачем?

– Для пущего эффекта – шестерни, цепи, буры и типа того. Только ничего не вышло, в шахте все было древнее, прогнившее. Случился обвал, переносной генератор свалился в штрек, осветитель и оператор пропали, охрана не стала их искать. В общем, все отказались лазить в эту чертову шахту, забили вход и повесили табличку…

– Толку от таблички? – хмыкнул Лысый. – Надо было шахту взорвать!

– Алекс, ты – маньяк!

– Ага, я даже хуже!

Парень вздохнул:

– Говорят, в этом году Игра не задалась. Место неудачно выбрали: ландшафт однообразный, с реквизитом не разогнаться. Завезли сюда разное зверье… быков игроки перестреляли за два дня, а медведь с голоду озлился, сбежал и пошел тарарахать все кругом…

– Понятно, – протянул Дан.

– А в ледяных пещерах вы не снимали? – осторожно спросила я.

После нашей содержательной беседы с Господином Ведущим загадка старой карты все время беспокоила меня, саднила, как заноза.

– Нет. В скалах оборудование сложнее устанавливать. И вообще – никто не знал, что здесь такие живописные пещеры, пока одна ненормальная девица не устроила представление со свечками…

Выходит, Юлечка не зря старалась. Я вздохнула и отвернулась к окну – вертолет заканчивал круг над Островом.

Огонь стихал, а следом за ним немного угомонились птицы-кайры, Алекс решился чуть-чуть снизиться. Сейчас нам хорошо видно, что прибрежные скалы потемнели, стали серыми и мрачными: вековые пласты снега и льда осыпались с них, раскололись и перемешались с прибрежными торосами.

Как мы будем искать наших ребят в этой снеговой каше?

Но Лешка оказался сообразительнее нас – пальнул из ракетницы, как только увидел вертолет. Алекс сделал плавный круг и пошел на снижение.

– Идем на посадку?

– Нет, боюсь, потом не взлетим.

Никита вытащил из-под сидений трос – на таком нас вместе поднимали в вертолет. Прошло всего несколько дней, но мне кажется, мы успели прожить целую жизнь.

– Втащим их сюда на веревках?

– Попробуем!

Лешка и Глеб стоят в снегу, машут руками над головой и что-то орут, но слов не разобрать. Вертолет подбирается к ним как можно ближе. Никита распахивает дверь, я пристегиваю к концу троса мешочек с песком и бросаю его вниз.

Серебристая веревка распрямляется и натягивается, как струна, кричу вниз:

– Пристегивайтесь!

Но они продолжают топтаться на месте и делать непонятные знаки руками.

– Вы что, примерзли?

– Где девчонки?

– Вертолет не солнце, чтобы целый день маячить в небе! – торопит Алекс. – Горючка очень быстро улетает! Если закончится, мы все пойдем пешком по холодку!

Я высовываюсь из вертолета и парю над миром, как птица, а встречный ветер треплет мой шарф. Показываю вниз большим пальцем – пока Алекс еще немного снижается, успеваю обернуть вокруг пояса страховочный ремень второго троса и съезжаю вниз быстрее, чем меня успевают остановить. Мои перчатки почти мгновенно протерлись о стальные волокна, из которых сделан трос, я бросаю его, чтобы не стереть ладони до крови, и зависаю между небом и землей…

Да, сейчас я понимаю – это было не самое лучшее решение. Теперь мне остается только ждать: либо парни подтянут трос вместе со мной обратно в вертолет, или наоборот – опустят эту стальную веревку так, чтобы я могла встать на землю.

Снизу выстрелили!

Враг

Из-за нагромождения льда появляется девушка в синей куртке. Та самая, что с отчаянным визгом улепетывала от меня на четвереньках. На щеке у нее засохла кровь, кровоподтек вполлица, левый глаз заплыл и почти не виден, а рукава обтрепались так, что пушистая теплая набивка торчит наружу. Но все это не имеет никакого значения. Потому что в одной руке у нее зажат пистолет, а второй она тащит Лерку за рыжие волосы. Приставляет пистолет к ее голове и вопит:

– Поднимайте меня наверх! Иначе пристрелю ее!

Я не собиралась драться – при себе у меня только десантный нож, прихваченный для технических целей. Вообще оружия у нас негусто – пара штук автоматов и горстка патронов к ним. Ник и Дан выглядывают из вертолета, но, кроме перекоса летающей машины, результата от этого никакого. Даже если они начнут палить вниз из автоматов, шанс попасть в цель невелик.

Попробовать метнуть в нее нож? Но ветер болтает меня, как елочную игрушку, я застряла слишком высоко, чтобы резануть по тросу и спрыгнуть вниз. Расшибусь в лепешку, как лягушонок!

Девушка пользуется нашим замешательством, подбегает к тросу, волочит за собой всхлипывающую Лерку, кивает Лешке, чтобы пристегнул ее. Никак не выпускает из цепких пальцев пистолет. Попытаюсь пойти на хитрость, кричу ей:

– Двоих не поднимут! Вес большой. – И добавляю: – Отпусти рыжую!