Читаем Полигон полностью

– Ни полиция, ни Топорков со своими отморозками в погонах сюда никогда не сунутся, – сказал Каракурт, обращаясь ко мне. – Это чеченцы. «Воины Ислама». Получили информацию, что у нас здесь большой склад оружия и богатые заложники... Землекоп, к мониторам! Камеры расставлены в секретах по всему периметру, – сказал он нам. – Отслеживаем передвижение каждой группы.

– Как же они... получили информацию? – спросил я, сбитый с толку. Очень уж уверенным в себе выглядел Каракурт.

Он посмотрел на меня непроницаемым взглядом и оскалил зубы, что должно было означать улыбку.

– Я ее отправил. Через проверенных людей. Я хотел заманить их – и они пришли. Правда, чуть раньше, чем ожидалось...

– Каракурт, – подал голос Харон из-за моей спины, – может, не стоит рассказывать всего?

– Почему? Чем он помешает? Я давно хотел уничтожить Масуда, Ильяса, Багиру и их людей. Двум паучьим стаям в этом мире не место. Они низшие изначально, потому что люди. Значит, останемся мы.

– Разве «Воины Ислама» – люди? – спросил я, хотя прекрасно понимал, что он имеет в виду.

Харон дернул меня за рукав и повлек в глубь дома, под парадную лестницу. Отсюда стрельба была слышна приглушенно, а взрывы гранат напоминали удары в большой барабан.

– Я не успел сказать кое-чего, Артем... Думаю, тебе это важно. Тот мальчик, Митя, которому ты дал адрес твоей мамы...

– Что с ним?!

– Он не дождался утра, ушел с чердака ночью и... Попал к педофилам. Есть тут уроды, их человек десять. Снимают порнокино с участием детей. Иногда убивают в кадре, но это – если есть заказ от особого клиента.

– Он... жив?

– Пока. Съемка будет сегодня. Но что с того?

– Я вытащу его, – сказал я, – и заберу с собой.

– Ты не можешь! – быстро возразил Харон. – Выход рассчитан на одного!

– Тогда доведу его до мамы...

– Я говорил: ты должен успеть к Выходу до конца сегодняшних суток. Потом Выход начнет перемещаться, и ты опять не будешь знать, где его найти.

– Я успею.

– А если нет?

– Я вытащу его, – сказал я упрямо. – Где их база, знаешь?

– Пансионат «Лесная быль».

– Это совсем недалеко... Я окажусь там быстро. Но мне нужно оружие...

– Подожди пару минут, – сказал Харон.

Он убежал. Я задумался. Успею ли я добраться до Выхода, если займусь Митькой? Но оставить его я не мог. Страшнее предательства не придумаешь...

Вернулся Харон в сопровождении обвешанных оружием байкеров – Вязальщицы и молодого парня, совсем мальчика, одетого в кожаную «униформу» с изображениями крестов на куртке и брюках.

– Я Крестовик, – представился паренек. – Мы с Вязальщицей идем с тобой.

– Зачем? – Я посмотрел на Харона. – Мне не нужна помощь, я прекрасно справлюсь один!

– Откуда такая уверенность? – Что-то в голосе Харона заставило меня заткнуться.

– А ты? – спросил я. – Ты разве не идешь с нами?

Он помотал головой:

– Я остаюсь с Каракуртом и его людьми. Очень хочется посмотреть, как они разделаются с «Воинами Ислама».

– Последний вопрос, Харон, – сказал я. – Что станет с этим миром?

– Какая тебе разница, ты ведь уходишь!.. Впрочем, могу успокоить: ничего хорошего.

Уходили длинной и душной кишкой оранжереи. По стеклянной крыше метались сполохи огня. Любоваться растениями не было ни сил, ни желания; именно в эти минуты я чувствовал себя незащищенным, не оглядывался по сторонам, смотрел только под ноги. Впереди бежала Вязальщица, потом я, замыкал Крестовик, который негромко матерился при каждом взрыве.

Мы были уже у выхода, когда над оранжереей в сторону дач пронеслось вытянутое стальное тело боевого вертолета. Крестовик приостановился, провожая его взглядом:

– Эх, б.... не увижу! Красивая будет расправа!

Мы промчались по дорожке до забора, отделяющего участок от леса, юркнули в небольшую калитку и остановились.

На Золотых дачах вовсю шел бой. За последние дни я так привык к этим звукам, что они казались мне почти родными. Ну вот, думал я, сцепились две паучьи стаи. Очень хочется, чтобы передавили друг друга. Но, принимая во внимание вертолет, у байкеров значительный перевес в вооружении, и «Воинам Ислама» придется туго.

Для нас в этом смысле Каракурт тоже не поскупился. У меня в «Макарове» полная обойма, на плече – АКМ (не люблю это оружие за громоздкость и отдачу, но «узи» или «Кедр» мне никто не предложил); на ремне в специальных карманах – несколько обойм для автомата и пистолета. Мои спутники также вооружены неплохо.

– Я знаю короткий путь до «Лесной были», – сказал Крестовик и первым углубился в лес.

Засаду заранее не почувствовал никто из нас, и на этом история бы закончилась, но... человек справа хрустнул веточкой.

На это стоило посмотреть: мы трое, не сговариваясь, падали на спины, заранее выбрав сектора обстрела, которые бы не пересекались с секторами напарника и открыли огонь одновременно с теми, кто был в засаде. Мы были с ними в равных условиях: они видели нас, но не ожидали столь стремительной реакции, поэтому стреляли по стоящим; мы же не видели их, но наш общий сектор обстрела был широк.